В ожидании позднего завтрака, Ларем смотрел на своего спящего друга Тадиса, и, чуть обернувшись в сторону зала, стал разглядывал посетителей. По утрам в этом заведении все было совсем иначе. Если приходишь сюда, то забываешь про атмосферу шумящего города, полного беготни и беспокойств. Люди находили тут умиротворение, чувствуя себя словно дома. Каждое утро, проведенное Ларемом в этом заведении, он наблюдал за тем, как через огромные окна помещения струились утренние лучи галактических звезд, придававшие посетителям небывалое чувство радости, которое иногда бывает по утрам. На свету виднелись мелкие частички растительной пыли, которую ветром приносило с высоченных деревьев, находящихся на нижних ярусах города. Круглые столы, стоявшие у окна, освещались ярким светом, становились теплыми, и по-настоящему домашними. Простенькое оформление в стиле минимализма, приятные цвета, комфортные стулья и диваны делали ресторан довольно уютным, но он не был бы таким уютным без своих гостей. Частых посетителей было немного, но для такого небольшого заведения – вполне достаточно, каждый из них занимал свой любимый столик. Кто-то читал утреннюю прессу или же делал записи за маленьким столиком, наслаждаясь самым крепким кофе во всей вселенной, привезенного из далеких уголков галактики, а кто-то любил хорошенько позавтракать в компании друзей, за столом побольше.
Поглощая жуткое и вкусное творение повара за любимым столиком, Ларем невольно начал вспоминать, как впервые встретил своего спящего друга…
Ночь. Мне было около тринадцати лет. Отцу позвонили из отдела общественного устройства и сказали, что им нужна наша помощь, что на планете Улурис произошла катастрофа, и часть жителей была эвакуирована на нашу планету. Так как наша семья была небольшая, лишь с одним ребёнком, они предложили взять под опеку одного эвакуированного лура моего же возраста. Отец обсудил это с нами: мама не отказалась, а я был очень рад пополнению. Мы тепло встретили Тадиса и старались смягчить его горе. Выглядел он довольно необычно: темновато-синяя кожа, белые жесткие кудрявые волосы, длинные нечеловеческие уши, устремляющиеся назад, какие-то маленькие белые знаки на лице. Долгое время он просто грустил, но потом мы увлеклись звездами и планетами, начали разглядывать их в телескопе, изучать, придумывать различные фантастические теории, а потом пошли на один и тот же курс, где стали подробнее изучать космос. Много времени прошло, и вот, сегодня мы уже полетим на другую планету в качестве практикантов.
Ларем, потихоньку доедавший свой завтрак, немного устал от ожидания и воспоминаний, но тут спящий друг внезапно вскочил со стула и, словно потерявшись во времени и пространстве, осмотрел все вокруг испуганным взглядом. Спустя секунды три, он увидел сидящего рядом Ларема и, тут же успокоившись, обратно свалился на стул.
– Кто проснулся, – сказал Ларем, допивая чай. – Что ты делал ночью?
–Доброе утро, Ларем, я готовился, не спал всю ночь, – сонным голосом ответил Тадис. – Пришел сюда пораньше, но видимо не дождался и уснул.
– Ну ладно хоть ты уснул тут, проснулся бы иначе где-то не перед кучей еды и умер бы с голоду, – сказал Ларем шутя. – Ешь быстрее. А, ну да… ты уже.
Тадис быстро проглотил две тарелки еды, друзья расплатились и пошли. Всю дорогу до загородной научной базы Тадис засыпал, дремал и в панике просыпался со словами: «Господи, я проспал?», а затем снова засыпал. В такие моменты ладонь Ларема невольно закрывала лицо от удивлённых взглядов со стороны.
На базу они прибыли довольно рано, гораздо раньше, чем было нужно, этому безумно обрадовался сонный Тадис, который засыпал на ходу, и всю дорогу боялся опоздать. Проведя стандартные пять минут на пропускном пункте, Ларем и Тадис наконец оказались на территории научного комплекса. После чего они дошли до нужного корпуса и отправились внутрь. Через пару коридоров они добрались до небольшого зала, где стояли два кресла, немного отличавшихся друг от друга, и милый журнальный столик, выполненный в строгом стиле. Навстречу им вышла девушка, несколько раз Ларем видел её в лаборатории, но никогда не интересовался её специализацией. Она предложила посидеть и немного подождать. Тадиса уговаривать не пришлось, он тут же свалился на самое просторное из кресел и мгновенно уснул, а Ларем не знал чем себя занять целых сорок минут. «Ладно хоть кофе предложили» – как-то недовольно подумал он». Все это время он думал, читал новости и требовал конфеты у девушки, которая угостила его чашкой кофе. «У нас нет конфет, столовая в другом корпусе, я сделала вам кофе лишь из вежливости, я ученый, а не работница столовой», – говорила она, а Ларем погрозил, что её имя появится в жалобной книге. Тадис же все это время мирно спал на кресле.
После ожидания, их наконец-то включили в группу из пятидесяти человек, далее следовал долгий и скучный аудиоинструктаж от чего Тадис, наверное, даже во сне уснул.
