Моё сердце сжалось и покатилось куда-то вниз. Ноги приросли к полу. Словно обречённая на казнь, я смотрела, как Велиар медленно идёт к нам – напряжённый, будто зверь перед броском. А Охотник расслабленно ждёт его приближения.
В голове проносились вихрем обрывки того, что я слышала об Ордене Охотников.
Единственные, кого боятся инкубы…
Широчайшие полномочия…
Церберы в мире инкубов, пристально следящие за тем, чтобы никто из них не нарушил Договор, незыблемость которого охраняет равновесие в нашем мире…
Но мы ведь ничего не нарушили?! Ничего, так ведь? Почему же в глазах Велиара ожесточённое выражение зверя, загнанного в ловушку?
Я взяла себя в руки.
- Простите, но я не понимаю, в чём причина задержки! Этот господин и так меня немало задержал. Сделал мне... некое предложение. Скандальное и в высшей степени неприемлемое для гувернантки, коей я имею честь служить. Я пояснила господину, что подобных приложений принимать не собираюсь. На чём мы и распрощались. И вот теперь вы меня тоже задерживаете. А у меня, сударь, спешные дела…
Моя попытка с гордым видом удалиться провалилась с самого же начала.
Охотник вытянул трость, которую держал, оказалось, в руке, и преградил мне путь. Я едва не врезалась. Во взгляде серых глаз, который он бросил на меня, мелькнуло что-то вроде уважения.
- Я не задержу вас надолго, мисс Браун. Так что ещё раз настоятельно попрошу остаться. Подчеркну – я не имею права удерживать вас… в отличие от этого «господина», который смотрит на меня так, будто уже намерен совершить нечто самоубийственно глупое. Его я не прошу остаться. А приказываю.
- Засунь себе свои приказы знаешь куда, Ал? – огрызнулся Велиар.
Учтивая улыбка покинула лицо инкуба.
Мне снова стало страшно.
А Охотник заговорил – каждое слово тихо, жёстко и предельно чётко.
- Умерь свой пыл. Ты здесь, и всё ещё свободен только благодаря необъяснимо глупому расположению, которое я до сих пор к тебе питаю.
- Мог бы не утруждаться!.. – проронил Велиар, сощурившись. Тот, который звался Аластаром, опустил трость, и мой инкуб, как мне показалось, слегка расслабился. Он реагировал как хищник, на добычу которого покушаются. Это было что-то дикое, что-то примитивно-первобытное… и боги, как же мне это нравилось! Если бы только не ощущение того, что прямо сейчас на моих глазах всё катится в тартарары.
Охотник покачал головой.
- Мы оба были из последнего поколения рождённых. Я помню тебя ребёнком. Ты тоже помнишь меня таким. Мы с тобой ближе всего к тому, что можно назвать этим смешным словом «друг». Такое не забывается.
Велиар промолчал в ответ. Охотник продолжил.
- Только в память об этих полустёртых детских воспоминаниях. О том, что ещё заставляет меня иногда вспомнить, что когда-то я был живым. И только один раз. Я тебя отпущу. Но не надейся, что моей власти хватит покрывать тебя в будущем! Так что будь благоразумен. И не пытайся больше встретиться с этой девушкой. Никогда. Ни при каких обстоятельствах.
- Я с ней даже ещё не спал! – прорычал Велиар. – Договор не нарушен!
- На тебя донесли, идиот. На вас. Даже я не могу игнорировать такие подробные и предельно ясные доносы. Факт номер один – знакомство на балу в некоем захолустном Кроуфорде. Факт номер два – отказ от уже загнанной и готовой к употреблению добычи, который мог бы допустить инкуб лишь в одном-единственном случае. Если нашёл добычу повкуснее. Факт номер три – твоё беспрецедентное явление прямиком домой к почтенному семейству Льюисов, о котором до сих пор гудит вся округа. На моей памяти этим правом инкубы пользовались последний раз лет сорок назад. Не было необходимости. Факт номер четыре – слёзы рекой по какому-то неизвестному джентльмену, которые лились в довольно странном месте – за шторкой в самый разгар бала. Слёзы этой самой леди, на которую ты сейчас смотришь. Также есть свидетели.
Велиар посмотрел на меня как-то странно. Я отвела глаза.
- Факт номер пять. Необъяснимое поведение твоей лошади, которой вздумалось вдруг проявить странное для этой породы ослиное упрямство и перегородить Центральный столичный проспект, затрудняя движение транспорта, не далее как несколько дней назад – в аккурат, когда по нему прогуливалась эта юная леди… Дальше продолжать?
Графиня Ормунд. Больше некому.
Я почувствовала бессильную ярость. Нет ничего страшнее женщины, гордость которой задели отказом.
Велиар вскинул голову и посмотрел на Охотника свысока. Он остановился в двух шагах от него и ближе не подходил.
- Зачем ты пересказываешь мне этот бессмысленный набор фактов? Не понимаю, к какому выводу ты клонишь. Я не нарушал Договор.
Я сцепила пальцы до боли и прочистила горло.
