А может и не сидеть. По своим обязанностям он может проверять работу рабов или их бараки.
Внезапно крюк Рины сорвался, и она повисла на одной руке.
Она глянула вниз — лететь метров двадцать. Гарантированная смерть.
И всё, вероятно, закончится мгновенно.
Но нет, нужно помочь Диме. Из-за неё он попал в засаду и из-за неё над ним будем измываться садист Норкин.
Ногой она сумела найти опору. Осмотрелась. Вверху есть выступ.
Прыжок, удар крюка и вот она снова продолжает движение, но теперь уже с одним крюком.
Лишь через час она взобралась на гору и посмотрела с неё на долину рабов.
Морозный ветер дул в лицо, а лагерь будто был у неё на ладони.
Особняк возвышался над бараками, как монумент человеческой жестокости.
Роскошное здание так и кричит: «Повинуйтесь!» этим кривым коротышкам.
Девушка вздохнула и посмотрела вниз. У неё тут же закружилась голова.
Как высоко!
Спускаться с одним крюком… Должно быть, она совсем обезумела.
Это из-за любви?.. — вдруг промелькнула догадка в её голове.
Ни для кого ещё она не совершала таких подвигов, не шла против собственной семьи.
И теперь ей страшно. Страшно, что ничего не получится.
Но нужно идти до конца.
Теперь ей приходилось спускаться по отвесной скале, что повышало сложность.
Она была так аккуратна, как только могла. Холод щипал ей кожу, тело дрожало от напряжения.
Но она смогла. Спускалась Рина все два часа.
Время было уже ближе к вечеру, но оно ей на руку — в полутьме и в этой серой куртке её могут не заметить.
Она осторожна прокралась между бараками, потом пригнувшись оббежала холм и взобралась к особняку сзади.
Здесь оказалось окно — ей повезло. Не повезло только, что на нём стоят стальные ставни.
Она сняла перчатку со своей руки и выставила палец к ставням.
Благо, что Рина владеет стихией огня.
На кончике её пальца появилась небольшая вспышка концентрированного огня.
Для такой ювелирной работы нужно немалое умение владение Истоком.
Что-ж, Рина им обладала из-за того, что всегда сражалась на посохах.
Это умение необходимо, чтобы уметь проводить энергию через деревянную палку и не сжечь её ненароком.
Спилив все прутья, Рина расплавила пластиковое окно и пробралась внутрь. Всё было тихо.
Подозрительно тихо.
Она знала, что где-то здесь должен быть ход в темницу, где держат знатных одарённых. Но где же?
Она начала шарить по комнатам, чтобы найти хоть какую-то зацепку.
Но внезапно кто-то сзади схватил её за горло. Железная хватка.
И рука такая огромная, что полностью обхватывает её шею.
Её ноги оторвались от земли.
Лица она не видела. Перед ней была стена.
Передо мной предстала горная долина, полностью окружённая крутыми ледяными склонами.
А отличное они место здесь выбрали.
Даже заборы ставить не надо. Один выход — через ущелье, где кишмя-кишат наёмники.
Долина была немаля. Повсюду на ней стояли одноэтажные большие бараки, напоминающие казармы.
Должно быть, они вмещают в себя человек по триста.
Сколько же здесь рабов?..
Между бараками с трудом ходят рабы, одетые в бушлаты, и везут груды магической руды.
Быть может, они продают руду в другую страну? Зачем им столько?
Отклика Истока здесь никакого. Нет, это не одарённые. Обычные люди.
А вот там…
Я взглянул на холм, куда поднимается долина, и увидел там шикарный особняк.
Солнце светит над ним, освещая его треугольную крышу, свинцовые шпили и белые стены.
Там немало одарённых — я чувствую это даже с такого расстояния.
Какая у них должна быть охрана, если обычных рабов так усиленно охраняют?
Впервые за мою новую жизнь во мне появились сомнения.
Смогу ли я освободить Каталину? Хороший вопрос.
Впрочем, нужно действовать.
Местные охранники повели меня в особняк.
Я зашёл в него и увидел двух сидящих за столом людей.
Один курит трубку, другой — сигару.
Оба с интересом смотрят на нас с Лео.
— О, так это вы. — сказал тот, что потолще. Дмитрий Большаков. Или Мариус, как вас называли раньше. Я мечтал с вами познакомиться. — слово мечтал он произнёс с нескрываемым удовольствием и оскалился. — Думаю, мы найдем общий язык. Меня зовут барон Норкин.
Тот самый, что так долго за мной охотился!
Долго же я ждал встречи с ним. Но почему он осмелился показаться?
Очевидно, я раскрыт. Причём, раскрыта даже моя прошлая жизнь. Но кто мог ему сказать…
Рина?
Я открыл магический карман и достал из него цепь с крюком.
Снял с Лео антимагическую печать одним движением пальца.
— Тогда потанцуем! — крикнул я, раскручивая цепь в руке.
— Не торопись. Ты же не хочешь, чтобы от твоей резкости пострадали хорошие девочки? — прошипел барон Норкин, ухмыляясь.
Из другой комнаты тут же вышел огромный охотник, держа Каталину и Рину за горло над землей.
Что это такое?.. — подумал я и увидел знакомую чёрную шляпу, длинные каштановые волосы.
С ним, кажется, я сражался в переулке, когда спасал Каталину и её брата.
Охотник?.. Но он был худощав, а сейчас… словно надутый бройлер. Даже одежда на его руках порвалась.
Синюшные вены, красные, налитые кровью белки глаз.
Что это с ним?..
Мне пришлось применить не только чутьё Истока, но и магию крови.
Он полон Истока. Даже переполнен.
А тело его не совсем тело в человеческом смысле.
