Инквизитор полностью

— Нет. Определение таких как ты зависит от обстановки, в которую они попали. Среди тех, кого ты уничтожал, много генетического мусора. Мусором их сделала ситуация, которую создали кукловоды для проведения своих операций по захвату и удержанию власти. Но по генетической структуре они такие же, как ты. У вашего брата так: либо вы мусор, либо мусорщики. Ты — мусорщик. Но я предлагаю тебе завязать с этой работой и переключиться на другую.

— Какую?

— Более интеллектуальную работу по обеспечению выживания российской нации.

— Поиск и уничтожение кукловодов?

— И это тоже. Но это долгое дело. Сейчас нужно притормозить процесс развития психического заболевания общества.

— Что же за лекарство изобрели ваши кардиналы?

— Страх.

— А разве ГОН не достаточно для того, чтобы посеять страх?

— Увы. ГОН могут только обеспечить спокойствие населения на улицах. Для спасения экономики они не годятся.

— Поясни.

— Больны ведь не только те, кого лечат с помощью ГОН. Их не так уж много. И на экономику они практически не влияют. Те, кто разрушает экономику, под статус объекта ГОН не попадают. Их будут лечить другие элементы системы управления, которую мы создаем.

— Что за система?

— Психологическая система управления обществом.

— С помощью страха?

— Увы. Пока только с помощью страха. Но наши специалисты уверены, что это только подготовка к основному курсу лечения.

— Помолчим, — сказал я и принялся за спагетти с креветками.

Мы ели молча, не глядя друг на друга. Кот щедро поливал оливковым маслом все блюда. Когда принесли кофе, я посмотрел на него. Он смаковал глоток за глотком дымящегося напитка (ему, в отличие от меня, принесли большую чашку «экспрессо»), и вид у него был как у человека, который сбросил с плеч тяжелое бремя. Пообедав, мы вышли на улицу и, не сговариваясь, направились на площадь. Сели на ступеньки собора.

— Что я должен делать?

— Ты согласен стать одним из нас?

— Раз спрашиваю, значит, согласен.

— Отлично. Когда ты возвращаешься в Россию?

— Послезавтра.

— В понедельник я буду ждать тебя в Москве. Как приедешь, позвони вот по этому телефону. Это мой мобильный, — он вырвал из записной книжки листок и написал номер.

— Чао. До встречи.

Он хлопнул меня по плечу и встал. Я сидел на ступеньках, провожая его взглядом. Он шел уверенной походкой и скоро скрылся из виду. Я поплелся в гостиницу.

«СЕРЬЕЗНЫЕ ПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЕ МЕРЫ НЕОБХОДИМЫ ДЛЯ ПРЕДОТВРАЩЕНИЯ ПРОЦЕССА ДАЛЬНЕЙШЕЙ КРИМИНАЛИЗАЦИИ ЭКОНОМИКИ. ПОЛЬЗУЯСЬ НЕВМЕШАТЕЛЬСТВОМ ПРАВИТЕЛЬСТВА, УГОЛОВНЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ ЗАПОЛНЯЮТ ВАКУУМ. ПРИБЕГАЮТ К ТАКИМ КРИМИНАЛЬНЫМ МЕТОДАМ, КАК ЗАКЛЮЧЕНИЕ КОНТРАКТОВ ПОД УГРОЗОЙ ЖИЗНИ ИЛИ СОБСТВЕННОСТИ, ТВОРЯТ НЕЗАКОННОЕ СУДОПРОИЗВОДСТВО, КОНТРОЛИРУЮТ С ПОМОЩЬЮ МАФИОЗНЫХ СТРУКТУР РЯД ВАЖНЫХ СЕКТОРОВ РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИКИ, ЗАНИМАЮТСЯ ПОДКУПОМ ДОЛЖНОСТНЫХ ЛИЦ И Т. П. ТАКИМ ОБРАЗОМ, К СОЖАЛЕНИЮ, В ЗНАЧИТЕЛЬНОЙ СТЕПЕНИ ПРОИЗОШЕЛ ПЕРЕХОД НЕ К РЫНОЧНОЙ, А К КРИМИНАЛИЗИРОВАННОЙ ЭКОНОМИКЕ.

ГОСУДАРСТВО ДОЛЖНО ДАТЬ ЭТОМУ ОБРАТНЫЙ ХОД И ЛИКВИДИРОВАТЬ РАКОВУЮ ОПУХОЛЬ ПРЕСТУПНОСТИ И КОРРУПЦИИ, ЧТОБЫ СОЗДАТЬ СТАБИЛЬНЫЙ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКИЙ КЛИМАТ И ТЕМ САМЫМ СТИМУЛИРОВАТЬ ИНВЕСТИЦИИ И ПРОИЗВОДСТВО. ЭТО ПОТРЕБУЕТ РЕФОРМ В САМОМ ПРАВИТЕЛЬСТВЕ, А ТАКЖЕ РЕШИТЕЛЬНЫХ ДЕЙСТВИЙ ПО ФОРМИРОВАНИЮ ЭФФЕКТИВНЫХ ИНСТИТУТОВ, ОТСУТСТВИЕ КОТОРЫХ СОЗДАВАЛО ПОЧВУ ДЛЯ ПРАВОНАРУШЕНИЙ».

Американские экономисты: лауреаты Нобелевской премии Лоуренс КЛЕЙН, Василий ЛЕОНТЬЕВ, Роберт СЛ0У, Джеймс ТОБИН, Кеннет ЭРРОУ.

Профессора: Майкл ИНТРИЛИГЕЙТОР, Маршалл ПОУМЕР.

Российские экономисты, академики РАН: Леонид АБАЛКИН, Олег БОГОМОЛОВ, Дмитрий ЛЬВОВ, Валерий МАКАРОВ, Станислав ШАТАЛИН, Юрий ЯРЕМЕНКО.

«ВЕК», № 1, 1997 г.