Чувство тревоги не покидало меня. И тут я все понял. Я ведь нежелательный свидетель. В соответствии с договоренностью, я писал под псевдонимом объективные статьи о политике президента, но политики официальной. Государственной, так сказать. А Кот сделал меня свидетелем политики тайной. Зачем он это сделал и имел ли на то согласие президента, я не знал. Однако история свидетельствует о том, что носители подобной информации кончают плохо. Я настолько вытянул шею, пытаясь заглянуть за забор, что превратился в жирафа причем, явно не занесенного в Красную книгу. Думая об этом, я заходил в свой подъезд, как приговоренный к смерти. Однако в подъезде никого не оказалось. По привычке полез в почтовый ящик, благо ключ утром положил в карман. На дне записка. Каллиграфическим почерком Кота на листке, вырванном из записной книжки, было написано: «Не вздумай самодеятельничать с удостоверением. И скажи придурку, что прячется в твоей квартире, чтоб шел домой. Он на хрен никому не нужен».
ОДНИМ ИЗ ПЕРВЫХ В КВАРТИРУ ПРЕСТУПНИКА ВОРВАЛСЯ СТАРШИЙ ОПЕРУПОЛНОМОЧЕННЫЙ МАЙОР АЛЕКСАНДР МИСЮЛЯ. УВИДЕВ СОТРУДНИКОВ МИЛИЦИИ, БАНДИТ ВЫХВАТИЛ НОЖ И БРОСИЛСЯ НА НИХ. БЛИЖАЙШИМ К ПРЕСТУПНИКУ ОКАЗАЛСЯ МИСЮЛЯ. ОН ВЫСТРЕЛИЛ В ЗАМАХНУВШЕГОСЯ НОЖОМ ХАТАКИЕВА И УБИЛ ЕГО. ПРИ ОБЫСКЕ НА КВАРТИРЕ ОПЕРАТИВНИКИ НАШЛИ ПИСТОЛЕТ ТТ И РЕВОЛЬВЕР СИСТЕМЫ «НАГАН».
Две недели подряд я провел в редакции. Саню в действительности не интересовала обстановка в криминальном мире. Он любил экономику. Следя за экономическими показателями, он с удовольствием потирал руки, когда читал о росте цен, безработице и спаде производства.
Там же.
Он был убежденным демократом, и Темная Лошадка был его личным врагом. Последнюю неделю экономические показатели явно не радовали главного редактора. Видимо, операция «Чистка» все же принесла кое-какие результаты. Одновременно активизировался Институт фискалов. По официальным данным с момента введения диктатуры налоговые поступления в казну увеличились на тридцать семь процентов. «Финансовые известия» еженедельно печатали сводки о конфискации счетов и имущества фирм, уклонявшихся от уплаты налогов, а также предприятий, «не сумевших экономически обосновать» повышение цен на продукцию, выпускаемую по госзаказу. При этом рос список угодивших в тюрьму.
Там же.
«Временная стабилизация путем драконовских мер. Долго она продолжаться не может. Количество отечественных банков сократилось наполовину и все оставшиеся работают под контролем Особой комиссии. Особисты! А иностранные банки работают без всякого контроля!» — восклицал Саня.
В этот день, придя на работу, я, как обычно, первым делом начал просматривать сообщения информационных агентств. Пробежав по заголовкам, остановился на кратеньком сообщении: «Теракт против высокопоставленного чиновника аппарата президента».
Поскольку первые две недели после «Чистки» пресса не баловала читателей описанием террористических актов, я занялся в первую очередь этим сообщением. Читая его, я почувствовал легкий холодок в груди.
