— Они же попросили. — Удивился тот.
— Бабка же сразу сказала, что он за благодатью пошел. Ты же сам говорил, что кто ее попробует, тот уже прежним не станет никогда. И как мы его уговорим вернуться?
— За благодатью? С корзинкой? — Скептически скривился Грэм. — Не может того быть.
— Эй, — воскликнул удивленный их разговором Бандай, — вы про что сейчас? Кому помочь? Кто ушел? Какая корзинка?
— Дык, Грэм взялся бабке с дедом помогать.
— В чем помогать? — Еще больше удивился купец.
— Да внук у них пропал. — Пояснил рыбак. — Говорят в лес ушел три дня как. И не видали его с тех пор. За благодатью пошел.
— Не известно за ней, или нет. — Перебил его Грэм. — Я уверен, что нет.
— Ну вот. — Веп кивнул на приятеля. — А он не верит. Поможем, говорит. Теперь придется искать идти.
— Сейчас? — Из-за спины Бандая появился Цыко.
— Ну, выходит, сейчас. — Пожал плечами Веп. — уже пообещали.
— Путешествия тебе на пользу, Веп. — Зачем-то заметил Цыко. — Раньше было ужо. А теперь уже.
— Чо? — Не понял рыбак.
Почему-то все рассмеялись. Веп недоуменно покрутил головой, потом плюнул и пошел собирать вещи в лес.
— Ну, раз пообещали, — подытожил купец, — пойдем искать этого вашего внучка. Эдэль, Валон, вам, наверное, лучше будет остаться. Повозку сторожить.
— Нет, господин, Бандай. Мне лучше пойти. Останьтесь с Эдэль лучше вы.
— Ну, я думал… — Замялся купец.
— Благодарю за вашу заботу. — Видя его смущение, ответил Валон. — Но, поверьте, мне лучше пойти. Я не могу это объяснить словами. Я что-то чувствую. Господин Цыко, скажите, пожалуйста, у вас имеется какое-либо средство от нечисти?
— От нечисти?! — Удивился алхимик.
— Именно, господин Цыко.
— Только от нежити. А от нечисти… Разве что соль.
— Несите. — Коротко произнес Валон и принялся выкладывать из своего мешка предметы, подыскивая что-нибудь подходящее.
— Ну, коли так, — пожал плечами Бандай, — тогда, конечно, лучше вам пойти. Что я против нечисти смогу? Только вот какое дело, господин Валон, раз вы что-то такое чувствуете, так, значит, к вам магия вернулась?
— К сожалению, нет, господин Бандай. К сожалению, нет. Это, скорее, жизненный опыт.
— Тогда, может, нам лучше священника поискать? Или инквизитора?
— Обычный священник будет ничем не полезнее меня. — Покачал головой Валон. — Они крайне редко владеют магией. Тем более священник, владеющий магией, попал бы не в эту глушь, а прямиком в Альту. А инквизитора в княжествах найти очень трудно. Сюда мои братья еще не успели добраться. Князья не хотят делиться даже толикой власти. Нам разрешили построить всего пару монастырей, и то с условием, что церковь не будет вмешиваться в жизнь людей и пытаться как-то влиять на князя.
— Ну и дела! — Удивленно протянул купец. — Как же так получается? Все ведь знают, что инквизиции никто не указ. Ни князь, ни король. Что, если святые отцы захотят, они и целый город уничтожат, и князя в пыточный подвал отправят, и короля.
— Эти слухи, — пояснил Валон, — распространяют темные силы, чтобы пробудить в людях ненависть к инквизиции. А слухи о нашей… — он замялся, — об их силе весьма преувеличены. Если точнее, то инквизиция очень сильна и могущественна, но только против сил зла. Не против обычных людей. Против них гораздо эффективнее простые маги.
— Это что же получается, — спросил алхимик, — инквизитора может легко победить обычный маг.
Валон задумался, потом медленно, подбирая слова, ответил.
— Может. Но нелегко. Видите ли, в чем дело. Инквизитор может заставить человека, ну, или там гнома, эльфа, неважно, не нападать на себя.
— Как это? — Теперь уже и Луций присоединился к этому необычному разговору.
— В арсенале инквизиции существуют заклинания, способные воззвать к совести и заставить оступившегося раскаяться.
— И что это значит? — На самом деле, не поняли все. Просто Бандай единственный не постеснялся спросить.
— Это значит, — объяснил бывший инквизитор, — что люди не станут на нас нападать. Если по-простому, их замучит совесть.
— И сильно замучит? — Поинтересовался Луций.
— Зависит от желания инквизитора. Может, и насмерть.
Наступило неловкое молчание.
— Но тут тоже все непросто. — Продолжил Валон. — Все это справедливо для среднестатистического обывателя.
— Средне… Кого? — Не понял рыбак.
— Обычного человека. — Пояснил бывший инквизитор. — Ну, если совсем по-простому, то тот, у кого эта самая совесть есть.
— А если нет? — Почесал в затылке Веп. — Мне бабушка при жизни всегда говорила, что я бессовестный.
— Думаю, — рассмеялся Валон, да и остальные заулыбались, — это не про вас, господин Веп. Я имел в виду абсолютных негодяев с полным отсутствием морали. Или существ с принципиально иной моралью.
— Мне кажется, господин Валон, что вы надо мной издеваетесь. — Обиделся рыбак. — Господином меня зовете, говорите непонятное что-то. Ну какой я вам господин? Я обычный рыбак, отродясь у нас господ в роду не было. Давайте уж по-простому как-нибудь.
— Хорошо. — Легко согласился тот. — Давай. Только и ты тогда называй меня по-простому. Валон.
Инквизитор протянул рыбаку руку, будто для знакомства.
