— Рады видеть вас и ваших людей в добром здравии. Как видно, — он огляделся, — болезнь отступила, и видят боги вовремя. Старый анай Фортхай умер семь дней тому назад. Наследование земель стало под вопросом, и земли собирались поделить между некоторыми родами соседствующих с вашими. Но вестник от анайлэ поспел вовремя и сообщил о вас. — Торад усмехнулся. — Видели бы вы, что там началось! На эти земли многие положили глаз и если бы не знак короны на вашем гербе, то сейчас с вами беседовал бы не я, а один из претендующих на ваши земли анаев. Ну или его свита. Что чего хуже, даже гадать не хочу! — и он снова засмеялся.
«Угу. А уж как я рад — вы бы знали!»
А вслух сказал:
— Да, нам здесь было не легко, но мы справились. Надеюсь в скором времени всем позволят вернуться в свои дома в Хайтенфорте.
Вещий поднял руку успокаивающе:
— Безусловно, но не будем торопиться со всеми. Пока что только вы, лично. Остальных проверят каждого на хворь и если всё в порядке позволят вернуться.
— Но меня вы не проверяете? Разве не должны были прежде чем явиться сюда, сперва заслать лекаря?
— О, не волнуйтесь, — успокоил меня рукавой. — Вестник же был с этой деревни. Его наши врачеватели осмотрели весьма тщательно и не нашли никаких признаков болезни, что не может не радовать. Однако вы правы, это не даёт основания полагать, что все здесь здоровы. Но «чёрная сонница» истощает и вводит человека в долгий сон, а вы вполне себе бодры и ветром не шатает. В общем, ситуация торопит и нам сейчас нужно спешить. Не переживайте, о людях позаботятся теперь. Просто с вами особый случай, сами поймите. — Варгон пожал плечами. — Теперь обстоятельства требуют немедленно вам вернуться в Буртс Анайман, в Хайтенфорт.
— Да уж, «теперь», — невесело подчеркнул я.
— При всём уважении анун, время не терпит. Нам нужно поскорее доставить вас в Большой Дом Фортхаев. — Нойхэ судорожно (как мне показалось) сдавил рукоять меча, аж костяшки побелели.
«Нервничает дед. Или, как только получит не верный по его мнению ответ, разрубит от головы до пояса? Нет человека — нет проблемы! А потом? А что потом, то будет потом. Так и что мне ответить?»
Фелани напряжённо смотрела мне в лицо стоя у двери хижины.
Каков будет мой ответ? Скажи я «нет» и просить второй раз эти люди наверное не станут. Скажу «да», и меня вполне могут убить если не здесь, то по пути. Хотя вроде этот Нойхэ, несмотря на свою настороженность, смотрит на меня с глубоко затаённым чувством надежды. Солдаты и этот туримский Вещий думаю волосы на голове рвать не станут в случае чего. Им то что? Отдадут земли другому барончику, да и ладно.
— Ехать надо прямо сейчас? — я замялся. — Предупреждаю, я долго не садился на лошадь!
— Понимаю, — кивнул Беспалый. — Тем более стоит немедленно двигаться в путь, потому как ехать тогда будем не быстро. До азгота даже верхом путь не близкий — надо спешить. Представители анаев долго ждать не любят. Анаи Торихолд и Гадаран впрочем отбыли сразу же, едва весть о вас стала известна и они поняли, что им ничего не светит. К тому же, должен прибыть рукавой от дэйвина Хаммермана…
— Они будут ждать столько, сколько нужно! — твёрдо оборвал его Торад. — Но старый Нойхэ прав — нужно спешить.
— А как же мать? Она анайлэ и должна вернуться в Хайтенфорт вместе со мной.
— Сынок… — Фелани сделала пару шагов ко мне.
— Без тебя я не вернусь в Большой Дом! — резко оборвал я, зарубая на корню все возражения.
Торад шагнул ко мне ближе и я заметил как дрогнула Фелани, а Нойхэ напряжённо смотрел на Вещего не сводя с него глаз и стискивал рукоять меча левой рукой.
— Послушай, парень! — каждое слово Торад ронял словно молот на наковальню. — Собирай вещи и бегом в седло! Я не для того проделал столь долгий путь сюда, что бы мне высказывал свои хотелки сопляк навроде тебя. Согласно закону — тринадцать дней есть на то, что бы наследник вступил в право наследования. Этот закон нерушим и его чтят все — от брычей, до турима! Семь дней со смерти твоего отца минули, плюс дорога сюда и обратно. С телегой, на которой придётся везти достопочтимую анайлэ, время пути увеличится вдвое. — тут он сделал короткую паузу, давая мне вдуматься в его слова. — Так что решай: ты либо остаёшься здесь, либо едем немедленно. Если останешься, — он посмотрел на застывшую Фелани потом снова на меня, — то можешь смело насадить себя на меч сам, а перед этим избавить от мучений им же свою мать. Жаждущие твоих земель анаи не оставят вас в покое.
Сборы были не долгими, потому как собирать особо было и нечего. Небольшой тюк личных вещей да котомка с едой, что заботливо сунула в мне в руки Фелани.
Выйдя за порог я обнял старушку:
— Не переживай! Едва разберусь, обязательно пришлю за тобой.
Фелани лишь кивнула в ответ, обняла и еле сдерживая слёзы ушла в дом.
«И почему всем плевать на мои шикарные доспехи!?»
Вот так, спустя несколько месяцев я покидал место в котором можно сказать заново родился, а на улице задул холодный ветер осени.
Это был ветер перемен!
