— Ну, давай! — сглотнул я ком в горле. — Избавь меня от этого головняка! Может в следующей жизни мне повезёт, и я буду простым мальчишкой из семьи фермера.
Нойхэ убрал меч с моего горла и раздражённо произнёс глядя мне прямо в глаза:
— Не знаю как у вас, ТАМ — он махнул куда-то неопределённо рукой, — а у нас, даже простой договор принято соблюдать. Боги не терпят пустых обещаний! Ни от короля, ни от простолюдина.
Я демонстративно вложил меч в ножны, закинул щит на плечо, давая понять что тренировка окончена. Кстати делал он это феерично! Как я и предполагал — Варгон дрался левой рукой, и свой меч вытаскивал из ножен обратным хватом довольно быстро. Он мог начать атаковать с таким хватом, а в какой-то момент просто виртуозно перехватывал его стандартным захватом, при чём делал это очень ловко и в обе стороны! Я хоть и немного недолюбливал этого сварливого старикана, но не восхищаться его мастерством я не мог.
— Ну раз так, тогда все бойцы кто пойдёт с нами принесут мне клятву Слова.
Беспалый был удивлён моим словам, и не понимал то-ли я прошу, то-ли приказываю.
— Это уже твоё дело, капитан, как ты убедишь их на это пойти. Но это лучше, чем ничего. — мазнув по его задумчивому лицу взглядом, я поднял голову вверх и посмотрел на проплывающие облака. — Я чужак и тут один, но жить то нам тут всем, не только ж мне одному рисковать. Думаю ты понимаешь что я имею ввиду.
— Клятва Слова говоришь? — капитан задумался. — Это слишком ответственно, не каждый пойдёт на это.
Клятва Слова. Путь Слова. Тут это звучало по разному, но суть была неизменно одна. Нойхэ упоминал об этом когда мы ехали сюда. Клятва не проста, но это единственный вариант, как я понимаю, аристократии обеспечить себя верными людьми в море интриг, предательства и заказных убийств.
— Переговори с людьми которых отобрали в группу, — сказал я ему шагая обернувшись в пол оборота. — Последним днём, перед выездом, проведём по вечеру ритуал.
«Если никто не даст клятву, я тут же уйду с первыми рэйдэрами с реки.»
Принять клятву от всех и сразу поголовно я не мог. Так это не работало. Принёсший клятву фактически разделял судьбу того, кому присягал. Так же для меня не стало событием и то, что замешано всё было на крови. Традиционная тема — чаша с вином и по капле крови каждого, из пригласившего клятву, в ней. А вот пить не надо, как многие подумали бы! После определённых манипуляций небольшой амулет — бутылочка наполнялся этим вином и носился как медальон. Если видишь на ком то такую (они к тому же ещё и разного цвета получаются по неведомой причине, пока что не разобрался!) то знай — у этого человека, либо существа любой другой разумной расы, есть кровные телохранители, которые обязаны умереть защищая его, или быть проклятыми.
В общем ритуал, как оказывается, вещь редкостная и не для всех! Поговаривают, что аристократы и только, имеют возможность принятия этой клятвы. Простолюдины и мелкие чинуши — нет! С чем такое разграничение связано, понятия не имею, а спросить не у кого. Однако само произношение этой клятвы из уст — уже добавляла весомости в ходе общения, и суть разговора, подкреплённая словами « Клянусь Словом» считалась обязательной к исполнению.
Но по правде сказать — конкретно никто ничего не знал, как и почему она работает. Просто эта клятва шла с древних времён. И да, она работала!…
Вскоре произошло и ещё одно событие!
Люди с Выселок стали возвращаться в свои дома. Те, у кого дома по каким либо причинам не оказалось, пришлось размещаться по несколько семей в одном, пока разберутся. Я удивлялся: вроде и людей то немного должно быть, но небольшая гостиница Фронди была переполнена. Я не мог понять откуда столько? Но поговорим с тем самым дедом, что с внучкой тогда приходили к колодцу за водой, оказалось что в Выселки пришли беженцы из северной деревни, той самой Юхты. Я вглядывался в толпу, в надежде увидеть Фелани, но в первых рядах её не было. Когда я спросил одного из брычей, где анайлэ, он ответил что Фелани идёт последней, и задержится на день. Такова её воля была.
Я конечно расстроился, но ничего не поделаешь. Подождём…
Выцепив из толпы пожилого мужика, одного из беженцев со свежими шрамами на лбу и лице, я позвал его в дом и за чашкой горячего отвару попросил рассказать как была уничтожена деревня.
