Насколько помещение было грандиозным, настолько же оно было запущенным. Мусор нападал сквозь световые отверстия, в желобах местами образовались заторы и вода скапливалась в лужи, отчего сырость и плесень царили вокруг. Так же кругом был виден птичий помёт, а соответственно и перья, и запах были тоже.
Фелани подошла к крайнему справа саркофагу и положив руку на крышку безудержно разрыдалась. Она долго держалась, не проронив ни слезинки при посторонних, и вот сейчас её прорвало. Я её понимал, сам бывал в такой ситуации когда умер мой близкий друг.
Известие застигло меня на отдыхе с друзьями, где мы были семьями, и потому я еле находя в себе силы, сдерживался. Но едва приехали домой, я точно так же плакал, закрывшись в ванной.
Говорят, что мужчины не плачут. Все плачут, когда теряют тех кого любят, уважают и ценят. Когда теряют своих близких…
Я стоял с двумя факелами и просто молча ждал пока Фелани выплачет своё горе и боль утраты. А ведь она даже не смогла проводить его по человечески в последний путь. Она, та которая любила старого Фернидада и была любимой.
Наконец Фелани выпрямилась, глубоко вздохнула вытирая остатки слёз, и твёрдым голосом позвала:
— Подойди, сын!
Как-то стало не по себе, но я медленно, шаг за шагом приблизился к могиле с противоположной стороны от Фелани.
— Фернидад, — нежно воззвала она, поглаживая нехитрый барельеф крышки саркофага. — Я не знаю, и не могу знать замысла богов почему они сделали это с нашим ребёнком. Душа твоего сына покинула этот мир, а на его место боги поставили иномирка, Сергея. Он из другого мира, но также не волен противиться богам, и очутился в теле Янко не по своей воле. Он принял и тело и имя Янко. Он принял ответственность за судьбу Фортхаев, добровольно. — Тут она обернулась и обводя взглядом саркофаги зычно крикнула, — Я спрашиваю вас, предки древнего рода Фортхай — признаёте ли вы Сергея с Земли своим потомком и продолжателем рода во славу дома Фортхай!?
Я стоял не жив ни мёртв, просто в ступоре. Я абсолютно не понимал что происходит и каким образом мёртвые должны дать ответ! Взгляд Фелани, полный надежды и отчаяния, метался от одного гроба к другому. Но ничего не происходило. Только звук капель падающих с потолка на пол и на гранитные плиты саркофагов.
Понимающая, что что-то не так, женщина, в нервозе вглядываясь в безмолвные гробы, вышла в центр крипты.
Мне было искренне жаль её, по настоящему. Очень хотелось обнять эту женщину, что по не воле стала мне матерью, как-то успокоить её. Я аккуратно шагнул в её сторону…
Вдруг из одного саркофага раздался звук мощного удара изнутри.
— Какого!… — заорал я подпрыгнув на месте, в шоке выпучив глаза и уронив оба факела. В крипте стало темнее и зловещей.
Потом раздался ещё удар, но послабее и в другом гробу. Потом ещё и ещё, и вскоре в зале стоял невообразимый грохот и шипение идущее изнутри гробниц. Словно мертвецы ломились вырваться из своих могил и разобраться с самозванцем. Только саркофаг Фернидада хранил действительно «могильный» покой.
— Нет!!! — в отчаянии закричала Фелани мечась от одного гроба к другому. — Вы не можете так поступить! Волею богов его душа перенесена в тело Янко, и он принял это имя! Вы не можете не принять его! — Фелани была на грани истерики.
Для меня всё это было настолько чуждо, жутко и неприемлемо что я отказывался верить в происходящее. Ну другой мир — ладно! Ну странные существа, рассы и так далее — ладно! Ну другой уклад, понятия и культура — тоже хрен с ним, ладно!
Но бьющиеся в агонии покойники в гробах, магические двери и тот же ритуал клятвы Слова — это уже перебор! Мне хотелось бежать из этого места и больше никогда сюда не возвращаться.
Но если я сбегу — то мне и в Хайтенфорте больше не место. И вообще на земле Фортхаев. А тогда всему этому древнему роду конец, и всё их жизни прожиты зря! А меня наверняка выследят и убьют прихвостни Булхайнов или же других, желающих заполучить эти земли.
Плохо понимая что делаю, но я действовал по какому-то наитию. Среди громыхания и хриплого вопля, что продолжали доноситься из гробниц, я подошёл к Фелани. Старая женщина стояла посреди крипты и заламывая руки от волнения, умоляла мертвецов признать меня.
Я взял её аккуратно под руку и мягко отодвинул назад, а сам стал посередине, так чтобы видеть все саркофаги.
— Почтенные предки! — я буквально орал, силясь перекричать грохот и вопли мёртвых, хотя всей душой и телом хотелось бежать из этого страшного места. — Выслушайте меня!
Безумная какофония усилилась и слилась в сплошной гул. Слушать меня явно никто не собирался.
И тут меня зацепило!
От такого неуважения к тому, кто пытается спасти древний род этих мертвецов, я буквально за секунды закипел, чего со мной не случалось никогда. Что бы меня вывести из себя — это надо постараться.
«Я тут парюсь и подставляю свою голову, что бы не допустить падения их рода, а эти мешки с костями даже не хотят выслушать меня!?»
