— Пан или пропал… — буркнул я и побежал. На Витькины крики, в которых он называл меня психом и кем-то похуже, внимания не обратил, не до него пока.
Угрх и Урхарер оказывают берсеркам первую помощь. Лечить фарш — занятие бессмысленное, но их это не останавливает. Уже успели помочь всем, а теперь вновь заняты Харрором. Даже смотреть на берсерка боюсь, от его вида мутить начинает.
— Сбегал за оружием? — спросил Урхарер, ловко готовящий в деревянной миске ядовито желтую мазь при помощи круглого камешка. — Читал твои мысли и знаю, что ты хочешь убить вакши. Можешь успокоиться, человек, ящер уже мёртв, берсерки Орх и Хорг убили его.
— Как убили? — новость подействовала на меня не так, как ожидал. Должна была успокоить, а на деле взбесила. — А Ущхам? А остальные медведи, которые ушли следом за ним? Что вообще происходит? Почему ты сказал мне об этом только сейчас?
Урхарер передал миску с густой жидкостью Угрху, взял другую, набитую корешками и травами, и, быстро заработав всё тем же камешком, ответил:
— Когда Ущхам и остальные уходили, вакши был ещё жив. Сейчас он мёртв, я отлично чувствую это. Тело ящера покинула жизнь, но сознание ещё живо и будет жить не один час. Они умирают не так, как мы. Долгая смерть, неприятная…
Мои ноги стали ватными. Усевшись там, где стоял, я понял, что сильно устал. Напряжение сказалось. Боюсь представить, каким бы оно было, если бы участвовал в бою, а не просто в качестве зрителя присутствовал. К счастью, на поговорить сил пока осталось.
— Харрор выживет? Хорг и Орх живы? Скольких берсерков мы потеряли?
— Трое мертвы, ещё двое умирают, и один из них Харрор, а второй Орх. Хорг среди погибших, его уже не спасти. Харрора спасать не прекращаем, ты сам это видишь, Никита. — Урхарер передал приготовленную мазь Угрху и спросил: — Этого достаточно или нужно ещё?
Ответа не последовало. Видимо, Урхарер прочитал мысли, потому что кивнул и сказал:
— Если что-то понадобится, то просто подумай, и я услышу. — Взглянув на меня, он рассказал: — Харрор плох, но шансы есть, он хорошо держится и уже начал восстанавливаться. Если бы не он, то Орх и Хорг точно не смогли бы убить Вакши. Харрор отвлёк ящера, а затем Хорг заставил его скрутиться в клубок. Берсерки, пока были в плену, времени не теряли, рубили и кромсали всё, что вокруг них. Понимаешь?
Я кивнул и воссоздал в голове картину боя — Харрор лезет на ящера, а затем оказывается у него в зубах, а в тот момент Хорг втыкает в его брюхо меч раз за разом. Вакши, осознав, что его убивают, не нашёл ничего другого, кроме как свернуться в клубок, при этом зажав собой и Хорга, и Орха. Дальше было поспешное укатывание в сторону леса, во время которого берсерки вряд ли бездействовали, даже зажатые свернувшимся в клубок вакши, они могли продолжать убивать его и делали это. Сумели, но и сами не уцелели.
— Почему Хорг погиб, а Орх умирает? — тихо спросил я. — Вакши что, убил их перед смертью?
— Ты ничего не понимаешь, Никита… — Угрх посмотрел на меня, и в его глазах я прочитал много боли и тоски. — Ты здесь с одной целью — увидеть нас и понять. Пока что ты слеп и глух…
— Орх хочет рассказать ему. — Толстяк Урхарер смотрит в сторону леса и не шевелиться. — Нам надо сходить к нему, старик не сможет ждать долго, скоро он уйдёт.
— Идите. — Угрх махнул лапой и вернулся к лечению Харрора. — Если Орх расскажет ему всё, то это будет правильно. Он единственный, кто помнит. Единственный, кто видел всё собственными глазами…
Толстяк Урхарер снова обзавёлся ездоком — я сижу на его спине и медленно покачиваюсь, потому что мишка идёт осторожно, обходит препятствия стороной, наворачивает большие петли, не торопится. Волей-неволей начинаю привыкать к такому способу передвижения. Езда на спинах разумных медведей не такая уж плохая, только ноги затекают и всё остальное вместе с ними.
— Может, нам поспешить? — спросил я. — Орх вот-вот умрёт, а ты будто на прогулке, мог бы и прибавить ходу, плетёшься как черепаха.
— Орх не умрёт, он дождётся нас. Я устал, человек Никита, позволь мне отдохнуть. И поверь, потому что всё, что сказал, чистая правда. Смерть Орха заберёт только тогда, когда он захочет этого. Старый берсерк прожил так много, что научился контролировать все события в своей жизни. Последнее, уход из реального мира, не станет исключением. Орх не позволит смерти забрать его, пока она не получит на это согласия.
Я ответил с сомнением:
— Верю… так уж и быть…
