— Тише, мой дорогой дон, тише… Важны, на самом деле, не страны, и не их названия, важны лишь люди, и сегодняшний день. После перехода каждый почти наверняка оказывается далеко не в том месте, в котором жил…
Дверь в зал открылась, и в него вошли две фигуры, закутанные в серые широкие плащи с капюшонами. Яро, следовавший за ними, прошел вперед, и объявил:
— Ваше Величество, английские леди, фрекен Эльза, фрекен Катрин.
Витька внутренне рассмеялся от такой причудливой смеси понятий, но в тот момент, когда девушки откинули капюшоны, ему стало не до смеха. Одна из них была Катькой из бухгалтерии Колькиной фирмы, с которой Витька попытался как-то закрутить роман, впрочем, безуспешно. Сдержав первый порыв, наплевав на этикет, заорать от радости, и кинуться к Катерине, Витька во все глаза смотрел на происходящее.
— Фрекен, добро пожаловать! — Олаф вежливо поклонился, впрочем, не вставая с трона. — Мы — не какие-то там англичане, у нас чтут законы Высших, поэтому Вы будете вольны делать лишь то, что пожелаете сами. Мы с радостью примем вас во дворце, и поможем на первых порах, всем, что будет необходимо.
— Благодарю, Ваше Величество! — вторая девушка, Эльза, довольно изящно сделала книксен. Катька поклонилась, она, похоже, еще не изучила тонкостей этикета. Но Олаф, как человек достаточно повидавший, даже не обратил на это внимания.
— Скажите мне, как англичане умудрились уговорить вас плыть с собой? И не силой ли они удерживали вас во время путешествия?
— Видите ли, Ваше Величество… — Эльза, под плащем которой угадывалась роскошная фигура, говорила глубоким, чистым контральто, и Витька, как, впрочем, и бОльшая часть собравшихся в зале, включая Олафа, прямо заслушался. — Нам, мне, и леди Катрин, настоятельно не рекомендовали отказываться от небольшого морского путешествия. В противном случае нам грозили исправительные работы.
— Вот как? И что-же вам вменялось в вину? — Олаф и бровью не повел, но Витька готов был поставить правую руку на то, что король насторожился. Ясное дело, каторга — для преступников, и кого ему тогда попытались подсунуть англичане, в виде двух леди? При этом Витька был твердо уверен. что Катька и мухи не обидит. Сидела всегда себе в кабинете за компьютером, вежливо всем улыбалась, строчила свои бухгалтерские отчеты, и только. Даже когда девчонки бегали стайкой в курилку, пару раз в день, в основном посплетничать, и, для вида, пуская дым из тонюсеньких, “дамских”, сигарет, Катька с ними за компанию ходила далеко не всегда.
— Ваше Величество, дело в том, что леди Катрин — Новая. И я повстречалась ей первой. Как Вы знаете, закон Высших требует во всем помогать Новым, ну, и я, конечно, взяла ее под свою опеку. У меня, в Частхолле, свой постоялый двор… Был. — Поправилась леди Эльза. — Ну, леди Катрин стала мне помогать. Сами понимаете, при большом наплыве посетителей вовремя обслужить всех в одиночку сложно…
— Практически нереально — кивнул Олаф. — Вполне понимаю. Фрекен Катрин, Вы подтверждаете слова фрекен Эльзы?
— Да. Да, подтверждаю. — Катерина взглянула на короля, и снова опустила глаза в пол.
— Не пугайтесь так, фрекен. Я лишь хочу узнать подробности, и решить, насколько бритты нарушили законы Высших. Ни Вас, ни фрекен Эльзу я ни в чем не обвиняю, очевидно, что с тех пор, как вы ступили на землю Швеции, вы не имели возможности совершить даже мало-мальское преступление! Продолжайте, фрекен Эльза.
— Вдвоем мы сумели неплохо поднять репутацию нашего постоялого двора, Ваше Величество, слухи о том, что мое заведение лучше остальных, быстро распространились, и, соответственно, вырос доход. Проезжающие в наших краях джентльмены предпочитали искать кров под моей крышей, и состоятельные господа все чаще останавливались именно у меня. Один из них и разрушил все, что удалось построить. Он пытался… Пытался проявить насилие по отношению к Катрин. К счастью, я услышала шум. Ну, а поскольку у меня в тот момент в руке была кочерга… Джентльмен не привык, полагаю, чтобы ему отказывали, да еще и в такой форме. Поэтому он выхватил меч, получив кочергой между лопаток. Увы, Ваше Величество, — Эльза широко улыбнулась, да так, что даже Олаф расцвел улыбкой в ответ, — этот, не в меру пылкий господин не учел двух маленьких вещей. Того, что он был изрядно пьян, и того, что до последнего перехода, и покупки постоялого двора, я была капитаном французского капера “Эспадрон”.
— Господи, Высшие меня побери! — Король вскочил с трона. — А я сижу, и голову ломаю, откуда я знаю этот неподражаемый голос! Эльза, дальше можешь не рассказывать, какие, к шуту, обвинения?! Надеюсь, ты меня простила за тот бой? Ведь ты тогда была на какой-то незнакомой посудине, знал-бы, просто увалил бы под ветер, и ушел бы к черту!
