Восемьдесят человек — гораздо лучше, чем тридцать. Лучше, но не идеал: в идеале, в команде шхуны, надо иметь человек сто с небольшим. Поэтому мы задержались еще на пару дней, попытавшись добрать моряков. До Малаги добрались еще три шхуны, люгер, и два шлюпа, принимающие участие в регате. Шлюп “Валгалла” сильно пострадал после боя с пиратами, и его капитан, проклиная разбойников, загнал на местную верфь. Остальные корабли шли, практически, вместе, и сумели, как в таверне рассказывали моряки, потопить две, и отогнать еще четыре галеры.
— Они, может, и не отвязались-бы, — говорил один из канониров шхуны “Гончая”, - да тут показались пара каравелл, под вымпелом Генуи. Уж не знаю, кто у генуэзцев ходит в командах, но пираты развернулись, и дали деру, будто за ними гонится сам Рау Ша.
— Так генуэзцы знают, как с разбойниками справляться! Они тут постоянно ходят, то к испанцам, то к португалам. Видать, выработали тактику… — Антуан опрокинул в себя кружку вина. — И, нам советовали, что по галерам надо бить бомбами. Мол, ядер они не боятся, а попал бомбой — и, считай, пожар обеспечен. Потушат, или нет — другой вопрос, но людей это отвлечет, а ты получишь шанс оторваться.
Селим договорился о аренде своего дома с мастерской, и они со Светланой перебрались на “Вепрь”. Мы закупили побольше бомб, продав часть ядер. Конечно, бомбы стоили гораздо дороже, но лучше уж потратить деньги, чем отправиться в переход. Рука у меня еще немного побаливала, но я уже вполне уверенно держал в ней клинок, и, на всякий случай, пытался тренировать фехтование левой. Получалось не очень. Микко пришел в себя, но пока еще не вставал с кровати, впрочем, Ал уверял, что еще неделька-две, и Молчаливый оклемается. Обязанности капитана, совместно, взяли на себя Юр и Свами. Они посовещались в Кристианссоном, и объявили, что мы пойдем на Сицилию, в Кальяри: Альфред хотел закупить там оливки и маслины, считающиеся в Дании большим деликатесом, и стоящие там раз в десять дороже, чем в этих краях. Вино на Сицилии, как он уверял, тоже было на высоте. А на Балеарских островах, где нам так, или иначе, придется сделать остановку, мы можем принять на борт изумительную местную рыбу, сушеную, и копченую. В общем, мы покинули Малагу, в полной уверенности, что сможем, если и не победить, то достойно завершить регату, и получить очень высокую прибыль. С нами вместе вышли в море шхуна “Гончая”, и люгер, “Меч-рыба”. Регата — не регата, гонка — не гонка, а в здешних водах без попутчиков — никуда, как сообщил Селим. Три корабля — достаточно сложная цель для пиратов, которые, обычно, ходят поодиночке. Да, конечно, если одна галера ведет бой, то остальные, заметив это, подобно шакалам, устремляются туда, в надежде урвать свой кусок добычи, но никакой координации у них нет. Более того, если ты пытаешься найти себе компаньона, значит, ты слаб, не веришь в свои силы и команду, и такие пираты в капитанах не задерживаются.
Стояла жара, но это было не страшно, ветер гнал вперед наши корабли. До Балеарских островов мы дошли, не потревоженные пиратами, которые несколько раз показывались на горизонте, но в атаку не шли. В Пальме мы долго обсуждали с капитанами “Гончей” и “Меч-рыбы” дальнейшие планы. Свигольд, капитан люгера, отказался идти на Сицилию, причем — наотрез. Команда устала, корабль у него не такой шикарный, как шхуна, поэтому он идет в Марсель, и ложится на обратный курс. Бранд де Брасс, командующий “Гончей”, и его наниматель, купец, в принципе, прислушались к доводам Кристианссона, о закупке товаров в Кальяри, но колебались. Им хотелось добраться до Генуи, возможно, до Ливорно, чтобы чувствовать, что материк — рядом, и всегда можно рассчитывать на поддержку проходящих мимо судов в борьбе с разбойниками.
— По мне, если подумать, лучше уж идти в Сассари. — Де Брасс жевал яблоко. — Путь в Кальяри опасней, там рядом Алжир, Тунис, и прочие рассадники пиратства. А оттуда, из Сассари, мы спокойно пройдем в Геную. А уж в Генуе — товары со всего света, так что мы и там купим всё, что можно найти в Кальяри.
— Да, но цены в Генуе, на товар с Сицилии, наверняка выше. — Альфред отхлебнул фруктовый сок. На берегу мы старались меньше пить вино, если выпадала такая возможность. Это на шхуне, в открытом море, выбора практически нет: вода портится, а спиртное всегда в порядке. — Мы сможем сэкономить в Кальяри, покупая напрямую местные товары. А оливки сами знаете, сколько будут стоить дома!
— Вы забываете о рисках, дорогой Альфред. Чего будут стоить оливки, когда пиратская галера пойдет на абордаж? А если их будет несколько? Они маневренны, а мы вынуждены идти по воле ветра. В абордаже пираты неустрашимы, и даже если Вы отобъетесь, потери будут серьезные. А второй пират уж точно возьмет верх.
— Бранд, вот поэтому и безопаснее идти вдвоем! Не всякий разбойник решится напасть на два корабля.
— Верно, но ведь он может быть лишь первой ласточкой, а к нему подтянутся другие, едва завидев бой! А будет их пять, шесть, и что тогда? Вы знаете, я не спешу в переход, да и моя команда — тоже…
