Несколько дней спустя, группа беглецов прибыла в пункт назначения. Эта была огромная техногенная коммуна, расположенная в самом эпицентре непролазных хвойно-лиственных чащоб. Элене и Настасье завязали глаза, чтобы они не смогли детально разглядеть подробности этого места. Девушек намеренно разделили, Элену направили в лазарет для прохождения всех медицинских анализов, а Настасью определили в барак для будущих рожениц, где в последствии, она провела не один месяц. За всё это время Демьян всего лишь несколько раз навещал её. После того, как он узнал, что Настасья ждет ребенка, то сразу перестал с ней спать. Единственное, что его волновало, это безопасность будущего отпрыска. Демьян приносил Насте еду, тёплую одежду и редкие в этих местах, лекарства и витамины. Иногда он садился напротив неё и долго смотрел на большой живот девушки. Ни разу Иной так и не решился прикоснуться к нему. Мужчина наблюдал, как меняется внешность его нерадивой пленницы, она стала объёмней, мягче, но главное, он видел, как меняется сама Настасья. Постепенно, общий быт и спокойствие поглотили будущую мать. Девушка часто прохаживалась по оцепленной территории базы, и Демьян уже не видел в ней желания убежать. Её глаза перестали светиться ненавистью и злобой. Настасья наравне работала с другими женщинами, которых содержали Иные. Оказалось, её интересует не только внешний мир, но и обычные житейские проблемы. Беременная женщина с маниакальной настойчивостью высаживала возле небольшой часовни растения разных видов и форм. Более всего ей нравились красные розы. Колючие алые цветы хорошо росли в её умелых руках. Однажды, задержавшись на своём маленьком участке чуть дольше обычного, Настасья почувствовала жажду. Решив, что забыла бутылку с водой в бараке, девушка взглянула на приоткрытые двери часовни и решила зайти в неё. Демьян стоял совсем близко и с интересом наблюдал за её действиями. Настасья быстро скрылась за дверями импровизированной церквушки и осталась там, кажется, на целый час. С тех пор, она каждый день посещала местный храм и пропадала в нём подолгу. Демьяну сразу доложили, что Настасья, наряду с другими членами клана, участвует в ежедневных молитвах. Эта информация просто шокировала мужчину. Он мог ожидать чего угодно, но только не того, что пропитанная безбожными женскими учениями, душа Настасьи может открыться навстречу их Создателю.
Через несколько месяцев, когда холодная зима сменила осень, к Демьяну в жилище прибежала Софья, одна из тех, кто жил с Иными уже больше десяти лет. По наставлению мужчины, именно она следила за каждым шагом его подопечной.
– Господин! Она рожает!
Демьян тут же подскочил со своего места и направился в сторону барака для рожениц.
– Схватки уже начались? – спросил он взволнованно, широкими шагами сокращая путь.
– Да, но ей плохо, – кивнула повитуха, – У нас нет анестезии, придётся рожать самой.
Грузная женщина в мешковатом сером одеянии тяжело вздохнула. Она прекрасно знала, чем заканчиваются тяжелые роды местных женщин. Порой они не могли спасти не только жизнь матери, но и ребенка.
– Какие у неё шансы? – серьезно спросил Демьян.
Он ждал этого события очень долго. Иной надеялся, что организм Настасьи достаточно силён, чтобы подарить ему сына.
– Такие же, как у всех, – уклончиво ответила Софья, стараясь не смотреть Иному в глаза.
– Она крепкая, она обязательно справится, – уверенно кивнул Демьян, все ближе подбираясь к месту назначения. Вдалеке раздавались громкие крики молодой женщины, – К тому же, с ней Бог, – добавил он коротко и быстро перекрестился.
Софья последовала его примеру и ускорила шаг, чтобы не отставать от мужчины. Едва они достигли главного входа, Демьян тут же услышал жалобные стоны, похожие на вой раненого животного. Желудок у него скрутило, он и не думал, что будет так переживать. Войдя в просторную светлую комнату, мужчина увидел скорчившуюся на постели фигурку Настасьи. Её белое лицо было покрыто каплями пота, вены на шее посинели и вздулись. Иной быстро подошел к кровати и осторожно присел на колени.
– Как чувствуешь себя? – не нашел он ничего умнее.
– А как ты думаешь? – взвыла она во весь голос, так, что его барабанные перепонки чуть не лопнули.
– Я… – он замялся, – Желаю тебе удачи…
Настасья с ненавистью уставилась на него, закусив свою нижнюю губу до крови.
– Ты просто мастер раздавать советы и наставления… – процедила она сквозь зубы.
Новая схватка перекрыла ей кислород, и женщина снова начала задыхаться.
– Держись, – взял он её за мокрую руку и несильно сжал.
– Обещай мне! – воскликнула она, со слезами на глазах глядя на него.
– Всё, что угодно, – покорно кивнул он, понимая, что просто не в силах ей отказать.
– Обещай… что ребенок…
Демьян вздрогнул.
– Если он родится, а я умру…
Настасья всхлипнула и зажмурилась.
– Позаботься о нашей дочери…
– Настасья…
Грузная повитуха бегло взглянула на Демьяна. Иной выглядел растерянным и серьёзным. Он приоткрыл рот, чтобы ответить что-то, но громкий крик роженицы снова перебил его.
– Умоляю, Демьян! Во имя Господа, защити нашу дочь! Не дай им убить ее!
