– Что, больше не будешь убегать? – недоверчиво спросил он, заглядывая в её затравленные глаза, словно они могли показать ему всю правду.
– Не уверена, – честно ответила девушка.
Демьян скривился и подхватив её лёгкое тело на руки, понёс по направлению к пламени, горевшему на пустыре. Это был их костёр. Иной был уверен, что теперь общение с этой самкой станет более приятным. Он ещё не знал, насколько жестоко ошибался. Несколько последующих дней, Настасья действительно вела себя очень спокойно, а на третий, едва он немного отвлёкся – снова попыталась убежать. Демьян быстро поймал её и подверг очередному унизительному насилию. На этот раз он не стал с ней церемониться, толкнул в спину, и навалился на упавшую фигуру всем своим весом.
– Пусти! Урод!
– Замолчи, женщина, – прохрипел он ей в ухо, освобождая свой затвердевший член и пытаясь насадить на него Настасью.
Но довести своё низменное дело до конца Иному не удалось. Через мгновение, девушка отвернула голову, и её вырвало прямо на мокрую землю. Иной тут же отстранился от неё. Возбуждение пропало так же быстро, как появилось. Чертова баба!
Наблюдая за тем, как Настасью тошнит, Демьян впервые взглянул на неё с беспокойством.
– Ты в порядке? – протянул он руку, убирая с её лица мокрые пряди волос.
– Как ты сам думаешь?! – откашлялась она, прикрывая рот дрожащими руками, – Отойди от меня!
– Давай, помогу… – опустился он перед ней на колени.
– Чем?! Чем ты можешь мне помочь?! – закричала она, с остервенением накинувшись на него, пытаясь выцарапать мужчине глаза. Тот даже не шелохнулся.
– Я подержу тебя…
Вид бледной слабой женщины, которой он очередной раз причинил боль, вызвал в Демьяне много смешанных чувств. Он как-то сразу понял, Настасья беременна. Демьян обрюхатил много самок и прекрасно знал обо всех признаках этого состояния. К тому же, прошло уже достаточно времени. Он не был в курсе, бывают ли у Настасьи месячные, но пока она ни разу не изливала на него свою кровь. К тому же, одним из первых признаков беременности – была тошнота. Раньше его бы это не тронуло. Ни одна из использованных в прошлом женщин не вызывала в нём столько эмоций, сколько эта дикарка.
– Я полагаю… ты в курсе о последствиях нашего общения? – осторожно спросил он её, едва она перестала колотить его по плечам.
– О чём ты?! – тяжело задышала она, сплёвывая на землю.
Девушку всё еще сильно мутило. Она уже третий день не могла прийти в себя, тяжело просыпалась и постоянно хотела есть. Жаренное мясо, которым её постоянно кормили, желудок попросту отторгал. Настя была уверена, что во всём виноваты смена привычек в питании и общая усталость от долго похода.
– Кажется, ты беременна, – мягко заметил Иной.
– Что?
Настасья застыла, как вкопанная и кажется, перестала дышать.
– Возможно, я не уверен, но ты могла забеременеть, – кивнул он, понимая, что сейчас у неё начнется истерика.
– Что ты несёшь? – прыснула она со смеху.
Демьян замер. Точно, сейчас будет истерика. Настасья схватилась за живот и начала хохотать, как умалишенная, раскачиваясь в разные стороны. Он терпеливо выждал, пока она успокоится. После неадекватного приступа веселья, девушка резко замерла и серьёзно сказала:
– Это невозможно. Это просто не возможно.
На её лице отпечаталась паника, близкая к обмороку. Тошнотворная волна снова подступила в горку.
– Это очень возможно… – медленно произнёс Демьян.
– Нет, – процедила она сквозь зубы, – Я не хочу от тебя рожать. Я не хочу детей. Я не хочу рожать. Не хочу.
– Не сомневаюсь, – усмехнулся он, – Но твоё тело другого мнения.
– Я… Я… – Настасья снова начала задыхаться.
Понимание того, что в ней вероятно, растет новая жизнь, созданная её насильником, уничтожало её самообладание.
– Успокойся, – попытался обнять её Демьян, – Я прошу тебя, успокойся. Ну почему ты такая упрямая.
Настасья попыталась вырваться из его крепких объятий, но не смогла. Силы окончательно оставили её. Девушка вдруг разрыдалась во весь голос и зачем-то уткнулась носом в тёплый свитер своего мучителя. Сердце Демьяна дрогнуло. Он осторожно опустил тяжелую руку ей на голову и начал гладить, как маленького щенка.
– Перестань рыдать, – спокойно изрек он, – Это Божий промысел. Я позабочусь об этом ребенке.
– Позаботишься? – всхлипнула Настасья и испуганно взглянула на него, – Если это будет девочка, вы убьете её?
Демьян не ответил. Он очень долго смотрел в глаза напуганной до смерти женщины. Кажется, впервые в жизни ему показалось, что он делает что-то не так.
– Пошли, – отрезал он жёстко, отстраняя её от себя, – И больше никогда ни о чём меня спрашивай, женщина. Видит Бог, у меня нет ни одного ответа на твои вопросы.
