Ангелина машинально согнула ноги в коленях, чтобы Лиза не коснулась ее своей кожей. Ароматный запах ее тела жег ноздри. Нос упорно противился вдыхать все это. От Лизы не укрылось то, что Ангелина все еще злится. Они и раньше принимали вместе ванну, и обеим это нравилось, насколько Лиза могла помнить. В последнее время интимная жизнь у них ладилась ровно так же, как романтическая и бытовая. Больше полугода они не занимались любовью, и даже не целовались. С тех пор, как Ангелина взяла под контроль свои гормоны, а точнее «слезла» с таблеток «Женофарм» – ее розовые стекла постепенно начали трескаться. Лиза почувствовала это. Это ее беспокоило так сильно, насколько могло что-то вообще беспокоить человека, привыкшего постоянно контролировать свои эмоции и чувства.
– Ты все еще злишься? – спросила она тихо, осторожно протягивая ногу и касаясь Ангелининой лопатки.
– Нет, – ответила та, едва заметно дернувшись, – Я купила тебе подарок.
– Правда?
Лизины глаза засияли, будто два топаза в солнечном отблеске. Ангелине стало стыдно.
– Да, – ответила она глухо.
Дыхание женщин нарушал звук льющейся из крана воды.
– Что-то стоящее? – уточнила Лиза с улыбкой.
Ее правая нога осторожно касалась Ангелину, обжигая ее, будто раскаленным металлом. Ангелина боялась дернуться, чтобы не раскрыть свое физическое отчуждение.
– Думаю, тебе понравится, – кивнула она, будучи совсем не уверенной в этом. Лизе редко нравились ее подарки.
– Это очень мило с твоей стороны, – ответила Лиза тихо, – Как прошел твой день?
Ангелина впервые за это время подняла глаза и взглянула на девушку. Ее худое безгрудое тельце плавно покачивалось в воде, Лиза сложила руки за головой и смотрела на Ангелину с широко распахнутыми доверчивыми глазами, как ягненок. Девушка отметила неестественную белизну ее кожи, словно она намеренно натерлась чем-то белым. Ей вдруг стало ее жалко. Лиза не была совершенна, но это все-таки была она ее Лиза, которую она знала много лет. Девушка была рядом вопреки любым обстоятельствам и невзгодам. Неужели Ангелина так жестока, чтобы в одночасье, из-за какого-то преступника, выкинуть эту часть своей жизни в мусорное ведро? Как Лиза переживет это? Как справится?
«Нормально справится» – ответил лживый внутренний голос.
В современном мире, женщины быстро переставали страдать. Для этого существовал целый перечень медицинских препаратов. При желании можно было даже воспользоваться услугой лазерного удаления памяти. За один сеанс терапии стирали все элементы неприятных для человека воспоминаний. В том числе о людях, причинявших боль. Ангелина невольно прикинула, сколько это может стоить и не подарить ли Лизе абонемент в такую клинику. Там ей без труда прочистят мозги, а может, установят какие-то дополнительные опции? К примеру, загрузят огромный кулинарный файл или пробудят интерес к чему-то, кроме домашних растений и мыслей о материнстве.
– О чем ты думаешь? – задала Лиза вопрос.
Ангелина неохотно оторвалась от своих циничных размышлений.
– Думаю о том, что ты сегодня превосходно выглядишь, – снова соврала она.
Невооруженным глазом было видно, что Лиза выглядела паршиво. Она была похожа на человека, у которого страдает и болеет душа. И хотя у Ангелины было лекарство от этой боли, она не торопилась им воспользоваться. Лизавета почувствовала эту ложь, но промолчала. Она всего считала, что лучше так, чем сказанные вслух слова, которые никто из них не хотел слышать.
– Спасибо, – холодно поблагодарила Лиза и едва улыбнулась краешком своих аккуратных розовых губ.
Затем она приподнялась и наклонившись вперед, нежно поцеловала любимую. Ангелина ничего не почувствовала. Разве что, к ней прислонился кусок бетона или деревянная панель. Холод и пустота наполнили ванную комнату словно тротилом. Казалось, еще слово, движение, жест и все вокруг взорвется. Лиза в последний раз внимательно посмотрела своей бывшей женщине в глаза. На лице Ангелины читалась нерешительность и отчужденность. Не говоря ни слова, подруга поднялась на ноги, оставляя в ракушке круглые разводы зеленой воды. Теплая волна облегчения тут же накрыла Ангелину.
«Ну, наконец-то!!! Она поняла! – кричал злобный внутренний голос, – Да что ты так за нее переживаешь? Выпьет банку Женофарма и придет в себя!»
Лиза не проронив ни слова, завернулась в мохнатое синее полотенце и так же неслышно, как и вошла, быстро покинула ванную, оставив Ангелину наедине с долгожданным спокойствием и уютом. Глаза молодой женщины автоматически закрылись, и сознание перенесло ее куда-то далеко.
