Ангелина остолбенела. Она знала всех жителей мужского пола, проживающих на территории «Зоны-Н». Еще она знала тех, кто находился в непосредственном подчинении мульти богатых женщин, позволяющих себе такую роскошь, как домашний
Мозг девушки лихорадочно придумывал оправдание глупой рекламе, которая громко звучала из парящих динамиков. Впрочем, не трудно было догадаться, что происходит. Александра предали свету и выставили на торги. Теперь он не будет принадлежать ей никогда. Он еще больше возненавидит этот сумасшедший женский мир, а вместе с ним и ее.
У Ангелины вдруг защипало в уголках глаз.
– Чертовы сукины дочери! – громко выругалась она и ее рука сама собой нырнула с недра портативной ванной полки и выудила из нее банку с Женофармом.
Девушка еще пол минуты взирала на знакомые капсулы и затем не выдержав перенапряжения, скопившегося в ней за последние несколько дней, выпила сразу несколько красных таблеток. Прошло не больше десяти минут, прежде чем ее мозг затуманился тяжелой обволакивающей дымкой и словно отключился от волновавших ее проблем. Через час Ангелина была уже собрана, и наспех вызвав машину автолайна, выскочила из своей квартиры.
Массажный салон «Горький Имбирь andSPA».
– Ты будишь сладкое? Я умираю от того, как люблю сладкое. ФУ! Не трогайте мою шею. Вы делаете мне больно!
Вита расслабленно лежала в массажном кресле и скорчив пренеприятную рожицу, облизывала большое круглое мороженное с шоколадной крошкой. Плотного телосложения женщина, лет сорока, с закатанными по локоть рукавами нежно голубой рабочей рубашки, тяжелыми аккуратными движениями, массировала ей спину.
– Эта программа включает в себя экстремальный курс, – глухо ответила массажистка.
– Эта программа будет включать только то, что не причиняет мне боль, – огрызнулась Вита, – Я прихожу сюда. Моя мать приходит сюда. Разве вы не можете просто делать свою работу? Почему я должна терпеть это пренебрежение?
– Простите, – коротко ответила женщина и кивнула для убежденности, – Я постараюсь быть внимательней.
– Да уж попробуйте, – буркнула недовольно Вита и повернула голову в сторону лежащей напротив Ангелины.
Подругу тоже разминали сильными руками, правда выглядела она при этом намного счастливей, чем другие отдыхающие. Впрочем, от Виты не утаился тот факт, что Ангелина чем-то расстроена или сконфужена. Она задумчиво разглядывала голую стену, покусывала нижнюю губу и почти не моргала.
– Что случилось? – недовольно буркнула Вита.
Ангелина вздрогнула, будто ее отвлекли от чего-то важного, и ее взгляд сразу обрел ясность.
– Ничего. С чего ты взяла? – соврала она, даже не дрогнув.
– Ты что, Женофарма обглаталась? У тебя зрачки расширены, как у бешеной кошки. К тому же, твой ответ, самый распространенный в любых ситуациях. И он работает, если конечно рядом не близкая подруга.
Ангелина смутилась, но предпочла промолчать.
– В последний раз ты так дергалась, когда Лиза от тебя уходила. Она что, опять ушла? – равнодушно поинтересовалась Вита.
– Увы, нет, – хмыкнула Ангелина и сделав массажистке жест, перевернулась на спину.
Мастер кивнула заученными движениями и принялась массировать ей голову.
– Иногда я думаю, что мне все-таки сделать, чтобы она ушла? Может, перестать есть ее яичницу?
– Что, все так плохо? – нахмурилась Вита.
– Я не знаю, что значит плохо, – пожала Ангелина плечами, – Я вообще не знаю, что значит, как-то по-другому. Она не дает мне возможности познать себя. Душит меня своей любовью. Душит меня своей яичницей. Своими цветочками и разговорами о детях.
– Я всегда тебе говорила, не связываться с женщинами. Они просто невыносимы.
Ангелина вопросительно взглянула на Виту и через мгновение они расхохотались.
– Именно поэтому я и не живу ни с кем, – продолжила Вита, вытирая слезы, выступившие от смеха, – Я давно поняла, что лучше иметь пять подруг и две любовницы, чем то, что предлагает нам современный институт семьи. Если уж мы вынуждены существовать в жестких условиях нехватки Иного пола, это не значит, что надо жить с кем попало. Я вполне могу быть счастлива в гордом одиночестве.
– А я не могу, – кивнула Ангелина в ответ.
На пару секунд они замолчали, думая, каждая о своем.
– Почему бы тебе не познакомить кого-нибудь с Лизой? У меня в арсенале много порядочных женщин, некоторые из них с радостью согласились бы взять эту куклу под свое крыло.
– Лиза никогда мне не изменяла, – скептически взглянула на нее Ангелина, – Этот человек патологически порядочен, и она скорее руку себе отгрызет, чем проведет ночь с кем-то кроме меня.
– Почему ты так в ней уверена? Нет не изменяющих женщин, есть лишь те, кто пока еще не искушен.
– Глупость какая-то… – отмахнулась Ангелина.
