С этими словами, он схлопнул ладонь в кулак. Последняя сфера заглушила свое свечение. Наступила тьма.
Все замерли, и смотрели наверх. Зрение заговорщиков еще только начало адаптироваться к темноте. У людей зрачки начали светиться красным цветом. Организм переводил зрение в другой спектр.
– Видите его? – спросил кто–то в толпе.
– Нет. Даже пламени от его наплечников не видно.
– Мне показалось, что он перед, глушением сферы, изменил цвет своего костюма на золотой. Такое возможно?
– Да. Мы минировали генератор на Алуанне. На нас были эти защитные костюмы инспекторов. Они могут менять окраску, по желанию носителя.
– Но для чего он это мог сделать? Мы же тут почти в темноте! Я вижу все в однотонном спектре.
– Не знаю. Может быть, он решил подстраховаться от гуманоидов среди нас? У вас – то, ребята зрение получше нашего. Цвета видите.
– В любом случае, мы все ищем малейшее движение. Если кто–то заметит – сразу зовет остальных. Мы должны завершить испытание, и стать адептами. За Империю!
В таком перебросе фразами, колонисты договорились разделиться на группы, и начать обход зала и помещений за боковыми проходами. Четыре группы по десять человек. Пятая – девять, осталась возле трибуны. Звездную карту, еле освещавшую зал, пришлось выключить, чтобы не создавать в организме пограничных состояний между спектрами зрения, что ухудшало визуальный поиск.
Колонисты стали медленно разбредаться по залу. Аккуратно, плотными группами, они двигались, внимательно осматривая все в темноте, на предмет малейшего движения.
Одна из групп уже скрылась в боковом проходе, вторая еще только подходила к противоположному. Две другие, изучали зал.
– Пока никого не видно, – донеслось из темноты.
– У нас тоже. Эй, трибуна!
– Здесь тихо!
После этого все замолчали. Нарастала тишина. Только были слышны шаги. Внезапно за одним из боковых проходов послышались короткие вскрики, какая–то возня.
– Он там, скорее! Трибуна, остаетесь на месте!
Все побежали к боковому проходу. Тридцать колонистов, прерывисто дыша, от волнения, настигли место источников звука. За проходом был коридор с закрытыми дверьми в помещения. На полу лежали десять заговорщиков. Их тут же стали проверять.
– Признаки жизни есть, – сказал кто – то во тьме. – Но они в глубоком обмороке.
– Это инспектор сделал. Вырубил их, и прячется.
– Теперь снова разделимся?
– Чтобы нас также? Он за пару секунд разделался с десятью колонистами. Нет, теперь мы все вместе будем его искать.
– Надо позвать с трибуны к нам, для количества. Эй, трибуна! Идите сюда, в помощь!
Но с трибуны никто не отозвался. Более того в воздухе снова спроецировалась звездная карта.
– Похоже, он и парней с трибуны тоже – все.
– Мы у него как животные на охоте! Он еще и голограмму включил, чтобы наше ночное зрение сбивалось от света! Что делать?
– Тихо, без паники! Мы сейчас вместе, и нас тридцать. Вернемся в центр зала, выключим голограмму, и будем ждать. Уж там–то он нас, на открытом месте, врасплох не застанет.
– А как же эти, которые здесь лежат в обмороке?
– Мы им пока не поможем, а если кто–то останется с ними, то инспектор и его вырубит.
– Тогда решено? В центр?
– Пошли.
Снова в темноте стихли голоса, и были слышны только шаги. Оставшиеся в сознании колонисты направлялись в центр зала, где лежали на полу кольца – секретари. Словно не замечая их, заговорщики распинали эти устройства.
– Ближние к трибуне! Трое или четверо, выключите голограмму. Только осторожно.
Как только группа встала в центр зала, от нее отделились шаги, направившиеся к трибуне. Немного времени спустя, голограмма отключилась. Но в этот же момент за трибуной послышались короткие звуки борьбы. Они также быстро стихли, как и начались.
– Он с ними разобрался! – донесся голос в группе.
– Всем стоять на месте, и смотреть по сторонам. Не вздумайте отделяться, а то он со всеми нами так просто покончит.
Все в напряжении держались друг друга. Колонисты образовали плотный круг, спинами в центр. Внутри круга тоже были колонисты, осматривая зал. Двадцать семь пар красных точек бегали по тьме, выискивая инспектора.
– Что–нибудь видите?
– Ничего. А у вас?
– Тихо.
Напряжение нарастало, колонисты стали по–настоящему беспокоиться. Один из них заметил на выходе из пирамиды, за протополем, двух наблюдавших за этим действием легионеров.
– Помогите нам, найти его! – крикнул колонист. – Мы же на вашей стороне! Мы – будущее Империи! Сами говорили!
Легионеры продолжали стоять неподвижно.
– Почему вы молчите? Вы полгода не вылезали из моей головы, объясняя, что я избранный!
– Замолчи, – сказал ему стоящий рядом колонист. – Отцы хотят, чтобы испытание прошло честно.
– Честно? Нас уже меньше тридцати! А прошло минут пять от силы! Какая тут честность? Они просто хотят нас отдать на растерзание инспектору, чтобы его посвятить в адепты!
– Как ты смеешь так говорить? Откуда у тебя сомнения, брат?
– Извини, брат. Мне не по себе. Мы просто тут стоим и дожидаемся своей участи.
