– Она эти возможности находила сама. Уф… – отдувается Игорь Леонидович.
– Но как же вы все-таки действовали дальше? – возвращаю я его к главной теме.
– А вот как, – с воодушевлением продолжает Игорь Леонидович. – Кто лучше знает и запоминает машины, как не шоферы? И кое-кто из шоферов непременно в этот час обедал в столовой, раз перед ней машины стояли. Вот я и решил этих шоферов найти.
– Гениально! – вполне искренне восхищается Яков Захарович. – В духе лучших рассказов Конан-Дойля.
– Ну и что же, нашли вы нужного водителя? – спрашивает Раечка.
– Конечно, нашел, – гордо произносит Игорь Леонидович. – Даже двоих. Оба этот газик видели. А один из них даже сказал, из какого он колхоза. Ну, а дальше все было, как говорится, делом техники. Как видите, никакого героизма не потребовалось.
– Но зато была тайна, – смеется Раечка. – И какая! Похищение. Это же жутко интересно. Может быть, там и любовь была замешана?
– Чего не знаю, того не знаю, – качает головой Игорь Леонидович. – Может быть, и была.
Последние его слова наталкивают меня на некоторые размышления. Сам рассказ, как я и предполагал, ничего не дал нового. Но если Павел ухаживал за Верой и нравился ей, то, может быть, и он с ней поехал? Нет, тогда бы искали и его. А впрочем… Сосед Павла мог и не поднять тревоги. Даже наоборот, мог из дружеских соображений скрыть такое нарушение режима. Эх, только бы установить, что Павел ездил вместе с Верой, или вообще кто-то ездил с ней в тот колхоз! Вера сказала, что она ездила туда «по служебным делам». А что, если и мне съездить туда «по служебным делам»? Ведь председатель наверняка запомнил Верин визит. И если Вера приехала не одна… Пожалуй, это неплохая идея. Заодно интересно будет узнать, что это за служебные дела оказались у Веры.
Мы уже давно пообедали и сейчас машинально потягиваем из стаканов кисленький компот, увлеченные рассказом Игоря Леонидовича. Поднимаемся мы из-за стола, кажется, самыми последними и идем по опустевшему залу, где снуют лишь официантки, убирая грязную посуду.
Между прочим, я только сейчас замечаю, что здесь все знают Игоря Леонидовича, и чуть не каждая официантка, уборщица и сестра с ним приветливо здоровается и называет по имени и отчеству. Во дворе нам попадается Мотька, так и тот сначала здоровается с Игорем Леонидовичем, а потом кивает мне, довольно, кстати, снисходительно.
Двор большой, и зданием столовой он разделен как бы на две части. Та, куда мы сейчас вышли, даже не двор, а сад, с клумбами, дорожками, подстриженным кустарником вдоль них, раковиной эстрады и рядами скамей перед нею, а дальше, за тенистой аллеей, – спортивные площадки и второй санаторный корпус с большими, во всю стену, окнами и лентами пестрых балконов. А вот по другую сторону столовой раскинулся хозяйственный двор. С того места, где мы стоим, видна только часть его: потемневшая от времени стена склада, торец главного корпуса с дверью, ведущей в котельную, асфальтовая площадка для машин и распахнутые ворота с будкой для сторожа.
В этот момент в ворота лихо вкатывает старенький газик, дребезжа всеми своими металлическими суставами, взвизгивает тормозами и резко, «на всем скаку» замирает возле двери в котельную.
Из газика выскакивает паренек, с силой хлопает дверцей и, обогнув машину, скрывается в черном проеме двери.
Игорь Леонидович поворачивается к нам и говорит, кивнув в сторону подъехавшей машины:
– Вот, кстати, живой свидетель всей этой истории с девицей. Он ее увез, он ее и привез.
– Ой! – всплескивает руками Раечка. – Может быть, он теперь меня увезет? Это так романтично! А вы будете искать.
– Если история повторяется дважды, – иронически замечает Яков Захарович, – то, как известно, первый раз это может быть трагедия, а второй раз уж непременно фарс. Так что лучше придумайте что-нибудь оригинальное, мадемуазель.
– Я постараюсь, – кивает Раечка. – Но на этот раз героем будете вы, приготовьтесь.
– Ну, тут есть кое-кто помоложе, – усмехается Яков Захарович, бросая взгляд в мою сторону.
– К сожалению, не получится, – притворно вздыхает Раечка. – Товарищ Лосев совершает подвиги в честь другой дамы.
Она, конечно, намекает на мой недавний разговор с Валей, когда я признался, что чувствую себя как собака на сене. Но мне вдруг становится не по себе, мне кажется, что Раечка имеет в виду Веру.
– Так вы узнали не только машину, но и водителя? – спрашиваю я Игоря Леонидовича. – Вот это память!
– Да уж… – самодовольно хрипит он. – Не жалуюсь. Уф!.. Его, кстати, Анатолием зовут. Это я тоже помню.
– Ой, одолжите мне вашу память! – восклицает Раечка. – Сдам минимум и верну, честное слово.
Тем временем мы спускаемся по широким ступеням в сад, и тут мои спутники меня покидают, они все живут в главном корпусе, а я во втором.
Но я и не думаю идти к себе в комнату. Я неторопливо пересекаю сад, огибаю здание столовой и оказываюсь на заднем дворе. Далее я следую прямо в котельную. Я прекрасно запомнил парня, выскочившего из газика.
