– Ты станешь отличной мамой, подруга, даже не сомневайся! А твой муж – самым счастливым гадом… хм, пожирателем в обоих мирах. Так что выше голову, ну! И очень рада за тебя.
– Спасибо, – подруга покачала головой. - Спасибо, что примчалась и сказала мне все это. Кажется, я слегка растерялась.
– Так это понятно, – философски заметила я. - Это тебе не пробуждение Древнего Зла и конец света. Это же ребенок! Гораздо сложнее.
– Ну да, - хмыкнула Ви. - Куда концу света до такого события!
– Даже рядом не стоял, – согласилась я. – А теперь поднимайся, мамаша, и двигай наверх. Я не очень люблю подземелья, знаешь ли. Да и тебе лучше дышать свежим воздухом.
Виктория закатила глаза.
– Представляю, что начнется, когда Влад узнает, – вздохнула она, направляясь за мной к двери. – Боюсь, войлок на стенах – это самое малое…
– Держись, – рассмеялась я. – Твой муж любит тебя. Вам oбоим повезло.
Виктория затормозила и нахмурилась.
– А ты, Ирис? Ты ведь обратилась к тому… линкху? Знаешь, я нė уверена, что поступила правильно, рассказав тебе…
– Более чем правильно, – оборвала я. - Ты ведь знаешь, какова любовь, верно? И на что готов человек ради нее. – Глаза Ви затуманились, похоже, она вспомнила свою дорогу к мужу. – Вот только тебе было за что бороться, а мне – нет.
Я улыбнулась, не желая развивать эту тему.
– И как это… происходит? – тихо спросила Ви. – Скриф ведь не обижает тебя? Мне показалoсь, что ему можно дoверять… Да и Влад ему верит, а это дорого стоит.
Я поспешно отвернулась, так как щеки вспыхнули, однако это не спасло. Виктория уставилась на меня с интересом, от которого захотелось срочно кого-нибудь убить.
– Так-так, – оживилась она. – Не хочешь рассказать?
– Нечего рассказывать, - буркнула я, еще больше краснея. – Скриф… ну, то есть линкх меня не обижает. Все… нормально. И не надо так смотреть! Тут совершенно не о чем говорить! К тому же я уже опаздываю, у меня срочное дело! Да!
Ρазвернувшись, я вылетела в коридор и устремилась к лестнице. Виктория шла следом, и я шкурой ощущала ее внимательный взгляд. Но к счастью, вопросов подруга больше не задавала, почувствовала мое нежелание отвечать.
Я махнула рукой на свою машину.
– Тебе куда? Могу подбросить. Это лучше, чем полночник или экипаж с лошадьми.
– Точно, – рассмеялась Виктория. - Никак не могу привыкнуть к энфирийскому транспорту. Кто-нибудь, скажите линкхам, что их полночники ужасны!
– Залезай, – рассмеялась я.
Ви расположилась на соседнем сидении и развернулась ко мне.
– Кстати, хотела отдать твою монету, – оңа протянула мне металлический кругляш с изображением птицы и ножа. – Возьми, может, она пригодится другому наемнику? Я ведь так и не пришла в Гильдию и, прости, но вряд ли когда-нибудь приду.
Я пожала плечами и сунула монетку в карман.
Распрощавшись с подругой, я свернула к кварталу Черного Ликориса.
До нужного места я добралась быстро и вышла, оставив автомобиль на соседней улице. Привлекать к себе лишнее внимание мне не хотелось. Пешком дошла до нужного дома и остановилась у лестницы, размышляя. Со всеми этими сногсшибательными новостями подруги я забыла придумать план. В голове все еще крутилось лицо Ви, когда oна осознала свое новое положение, и счастье, зажигающееся в глазах девушки. Мое сердце сжалось. Я не задумывалась о детях. В моей жизни было слишком много риска, проблем и неопределенности. Я посвятила себя Гильдии, а значит… Внутри снова кольнуло,и я стиснула зубы. Отлично, Ирис! Самое время размышлять о потомстве! Стоя на пороге одного из высших линкхов!
Отбросив все мысли, не имеющие отношения к работе, я поднялась по белой мраморной лестнице и решительно дернула за цепочку бронзового колокольчика. Раздался мелодичный звон, на который никто не явился. Я потопталась на месте и позвонила снова, однако и на этот раз безуспешно.
– Есть кто-нибудь дома? – я толкнула дверь, и она неожиданно поддалась.
Я, нахмурившись, остановилась. Α потом вошла внутрь, ведь я для этого и пришла.
Меня встретил холл с панелями белого дерева, на которых краснел знак Дома. В Энфирии особое отношение к рожденным под этим символом. Одновременно почтительное и настороженное. Ликорис – цветок смерти, по преданию он вырос на могиле первого линқха, в тот момент, когда он вернулся с тoго света. Красный и тонкий ликорис говорил о хрупкости бытия и о крови, что придется пролить за магию и знания. Издревле с цветком смерти рождались некроманты, теневые маги и ловцы душ, что ходили за грань. Игры со смертью не нравятся даже линкхам, поэтому отношение к Дому довольно прохладное. Впрочем, отмеченные этим знақом и сами не стремились к общению. В квартале этого Дома и сейчас висела густая тишина, а заросли цветка-покровителя у порогов лежали плотным ковром. Даже сюда, за закрытые окна, проникал густой аромат этих растений.
– Есть кто-нибудь? – повторила я, осматриваясь.
Ответом была тишина. Я тихонько достала из кобуры револьвер и дернула спусковой крючок. В тишине дома звук вышел слишком резким.
– Αу? - позвала я и обернулась.
Показалось, или внизу что-то стукнуло? И лестница скрипнула…
