Институт полностью

— Я буду выглядеть намного хуже, если эти люди заберут меня с собой.

Поверь, — подумал он со всей силой. Поверь, поверь.

— Ну, я не знаю, — повторил Мэтти. — Хотя мне тоже не понравился вид этих троих, скажу тебе честно. Они казались немного нервными, даже полицейский. Кроме того, ты смотришь на парня, который трижды предпринимал попытки сбежать из дома, прежде чем, наконец, не сделал это окончательно. В первый раз я был примерно твоего возраста.

Люк ничего не ответил. По крайней мере, Мэтти двигался в правильном направлении.

— Куда ты направляешься? Ты вообще знаешь?

— Куда-нибудь, где я смогу раздобыть немного еды и воды и подумать, — сказал Люк. — Мне нужно подумать, потому что никто не поверит в историю, которую я расскажу. Особенно если это рассказывает ребенок.

— Мэтти! — Крикнул кто-то. — Возвращайся, чел! Если только не хочешь бесплатную поездку в Южную Каролину!

— Малыш, тебя похитили?

— Да, — сказал Люк и заплакал. — И эти люди… тот, который говорит, что он мой дядя, и полицейский…

— Мэтти! Вытирай задницу и давай сюда!

— Я говорю правду, — просто сказал Люк. — Если вы хотите мне помочь, отпустите меня.

— Ну и дерьмо. — Мэтти сплюнул за борт товарного вагона. — Кажется, что-то здесь не так, но это твое ухо… эти люди, Ты уверен, что они плохие парни?

— Хуже некуда, — ответил Люк. На самом деле он сам был плохим для этих плохишей, но сможет ли он таковым остаться, зависело от того, что этот человек решит предпринять.

— Ты хоть знаешь, где ты сейчас?

Люк покачал головой.

— Это Уилмингтон. Поезд остановится в Джорджии, потом в Тампе, и закончит свой маршрут в Майами. Если эти люди ищут тебя, АЭА или ЭМБЕР Алерт[177] или как там бишь они называются, они будут искать во всех этих городах. Но следующая станция, где останавливается этот поезд, — просто дерьмо-точка на карте. Ты мог бы…

— Мэтти, где тебя черти носят? — Теперь гораздо ближе. — Хватит валять дурака. Мы должны расписаться.

Мэтти снова с сомнением посмотрела на Люка.

— Пожалуйста, — сказал Люк. — Они погружали меня в бак с водой. Чуть не утопили меня. Я знаю, в это трудно поверить, но это правда.

Захрустел гравий, шаги приближаясь. Мэтти спрыгнул вниз и захлопнул дверь вагона на три четверти. Люк заполз обратно в свое гнездо за небольшим мотором.

— Я думал, ты собираешься посрать. Что ты там делал?

Люк напрягся, ожидая, что Мэтти скажет: в этом вагоне находится ребенок, рассказавший какую-то сумасшедшую историю о том, как его похитили в Мэне и засунули в бак с водой, и только для того, чтобы не идти со своим дядей.

— Я сделал свои д'лишки, а затем захотел взглянуть на эти к'силки Кубота, — сказал Мэтти. — Мой мальчик-газонокосильщик сдох бы от зависти.

— Ну, пошли уже, поезд не может ждать. Эй, ты же не видел, чтобы рядом бегал ребенок? Например, запрыгнувший на борт на севере и решивший, что Уилмингтон будет хорошим местом для выгрузки?

Последовала пауза. Потом Мэтти произнес:

— Нет.

Люк сидел, наклонившись вперед. При этом единственном слове он прислонился головой к стене вагона и закрыл глаза.

Через десять минут или около того поезд 9956 резко дернулся, дрожь пробежала по вагонам — теперь их было больше ста — словно волна. Поезд начал катиться, сначала медленно, потом набирая скорость. По полу вагона пробежала тень сигнальной вышки, а потом появилась еще одна тень. Тень человека. Запачканный жиром бумажный пакет влетел в вагон и приземлился на пол.

Он не увидел Мэтти, только услышал его:

— Удачи, разбойник. — А потом тень исчезла.

Люк выполз из своего укрытия так быстро, что ударился головой о корпус газонокосилки. Он даже не заметил этого. В этом пакете был Рай. Он чувствовал его запах.

Рай оказался бисквитом с сыром и колбасой, фруктовым пирогом и бутылкой родниковой воды Каролина Свитхарт. Люку пришлось напрячь всю свою силу воли, чтобы не выпить шестнадцатифунтовую бутылку воды за один присест. Он выпил четверть, поставил бутылку на пол, потом снова схватил и закрутил крышку. Он подумал, что если поезд внезапно дернется, то вода обязательно прольется, и он сойдет с ума. Он проглотил бисквит с колбасой в пять укусов и запил его еще одним большим глотком воды. Он слизнул жир с ладони, потом взял воду и фруктовый пирог и пополз обратно в свое гнездо. Впервые с тех пор, как плыл вниз по реке на лодке и смотрел на звезды, он почувствовал, что его жизнь стоит того, чтобы жить. И хотя он практически не верил в Бога, находя доказательства Против чуть сильнее, чем доказательства За, он помолился, но не за себя. Он молился, чтобы гипотетическая высшая сила благословила человека, который назвал его разбойником и бросил коричневый пакет в товарный вагон.