Бонусом для «ведения дел» Картера стали принятые на Украине три закона. Первый президент Зеленский подписал еще в апреле 2021 года, задолго до начала боевых действий. Назвали закон «Стратегией национальной безопасности». Вероятнее всего, Зеленский его даже не прочел, «подмахнув» подсунутый «партнерами» документ не глядя.
В утвержденной концепции действий Украины в случае войны с Россией черным по белому прописывалась участь украинского народа, назначенного поголовно «партизанами». Сопротивляться русским весь народ должен был в городах и селах, что автоматически превращало населенные пункты в руины, но экономило расходы на фортификацию и инженерные сооружения.
Уже в апреле западные заинтересанты в полноценной войне с Россией чужими руками смекнули, что коль война – дело затратное, то следует экономить заранее. Для рубежей обороны в городах требовалось соответствующее оружие, и будущие «партизаны» получили еще до российского похода на Украину одноразовые гранатометы NLOW и многоразовые с шестью ракетами в комплекте «Джавелины», тысячи и тысячи единиц ПТРК.
Второй принятый на Украине закон Картер воспринял как судьбоносный знак, потому что лично знал людей, инициировавших его подписание. Это были люди из «Конгломерата медиков». Их обширные связи в Верховной раде позволили быстро протолкнуть законопрект, а главным лоббистом стал соратник Зеленского по партии и его доверенное лицо в области медицины некий пан Радуцкий, по случайному совпадению владеющий сетью частных медклиник.
Это означало, что операционные в Киеве будут обслуживать западных клиентов открыто и бизнес встанет на поток. Богатеям останется оплатить контракт и ждать операции в комфортной палате.
Оказаться на Украине в такой момент Картер посчитал невероятной удачей. «Конгломерат» – весьма влиятельная структура, по сути международный синдикат, который ворочал миллиардами.
Закон Украины под номером 5831 «О регулировании вопроса трансплантации анатомических материалов человека» был подписан в январе 2022 года, за месяц до появления российских войск, и гласил следующее: более не требуется нотариально заверять письменное согласие живого донора или его родных на трансплантацию органов. Удостоверять подлинность подписей также не было надобности. Извлекать органы Киевский режим разрешил и у детей. У гражданина Украины отняли даже право иметь своего полномочного представителя в суде и сообщать, давал ли родственник согласие на посмертное донорство или нет.
И самое важное, что уяснил Картер из текста закона – разрешение на извлечение био- или анатомических материалов из тела умершего можно было получить у ответственного лица, которое обязывалось его похоронить. Например, у командира военной части! То есть он мог действовать по иракскому сценарию: выпотрошил «материал» и тут же закопал остатки, взяв на себя «похоронные хлопоты»! Для этих целей Марк Картер обзавелся передвижным крематорием, так как эксгумация могла вывести на след черных трансплантологов. Хотя какие они черные, если местный Пеннивайз, так Картер пренебрежительно называл Зеленского, освободил операции по трансплантации органов от уплаты НДС.
Высокопрофессиональный хирург для извлечения органов из «тушки» не требовался. Достаточно было смышленого фельдшера с навыками оказания первичной медпомощи и не боящегося крови. Но важны были два момента. Во-первых, карта донора с группой крови, ее клиническим и биохимическим анализом, показаниями гематокрита и маркерами отсутствия вирусов должна была быть в наличии и соответствовать материалу, и во-вторых, скорость доставки органа или «живого контейнера» для лучшего «качества материала» не должна была превышать 14 часов с момента изъятия, иначе выплаты урезались до минимумов. С детьми дело обстояло еще проще! Они повиновались безропотно, не чувствуя опасности и не предполагая, что взрослые настолько алчны и безжалостны, что могут разрезать им животик.
«Материал» обозначался кодовыми сокращениями. Cor – сердце, nep – почка, hep – печень, pan – поджелудочная, pul – легкие. К детским органам в сопроводительных документах и на бирках проставлялся индекс «C» – «чилдрен».
Опосредованно процветанию бизнеса содействовал и третий закон, принятый Зеленским уже после начала активной фазы боевых действий – о компенсациях раненым и семьям убитых. Скрывать их количество стало не столько цензурным требованием военной пропаганды, сколько эффективным способом экономить бюджет, состоящий исключительно из западных траншей.
Для этого Киевский режим узаконил «дисклеймер», сняв себя ответственность за выплаты семьям убитых и раненым в случае, если медики обнаружат в их телах и организмах признаки наркотического воздействия.
