Белое Древо было ярко освещено кругом факелов. Даже от фонтана можно различить каждый листик и отблески света на узорных доспехах стражей. Охранники стояли вдоль ограды клумбы, и надо было быть очень самонадеянным призраком, чтобы прорываться через их кольцо.
Тишина. Вода не течет, былинка не шелохнется, лишь потрескивает, сгорая, смола. Тенька тоже старался вести себя потише. Овальный мраморный фонтан с высокими бортиками находился в стороне от клумбы, где росло Древо, и был единственным возможным укрытием во дворе. От клумбы не видно, притаился ли кто-то за дальним бортиком фонтана, если только не смотреть сверху или из окон. Майтимо ворчал, что план по своей продуманности может соперничать только с теми, какие строил он сам, отправляясь на печально известные переговоры с Моринготто, но было решено, что призрак вряд ли станет блуждать по двору кругами, а сразу направится к Древу.
Колдун снова выглянул из-за бортика. Вроде все спокойно.
В небе мелькнул крохотный лунный луч и тут же пропал.
Вдруг что-то сдвинулось. Со всех сторон резко дунул ледяной, промозглый ветер. Факельное пламя затрепетало и погасло, точно замороженное. Тенька услышал, как стражи у фонтана придвигаются ближе друг к другу, позвякивают оружием.
Холодный ветер пробрался до самого горла, вырывая пар изо рта. Что-то жуткое ворочалось в воздухе, находясь неизвестно где и одновременно повсюду. Словно воочию Тенька увидел ледяное полупрозрачное чудовище темнее самой тьмы, древнее всех миров, иррациональное настолько, что дрожат коленки и даже не тянет изучать…
«Второй тип недостоверного искажения. Интересненько, а благодаря чему получается такой конденсат?..»
Колдун сжал поварешку так крепко, что пальцы свело судорогой, и зачерпнул варево. Звуки вязли во тьме и ужасе, стражу у Древа словно накрыло подушкой, но тихий плеск и удар поварешки о жидкость прозвучали отчетливо. Даже слишком. Казалось, плюхнуло на весь двор.
«Дурацкий был план, - подумал Тенька, чувствуя, как по спине ползет холодная капля пота. – Тут штука поопаснее назгула бродит… Кто из нас кого поймает?.. И если оно – меня, то чем мне по нему жахнуть?..»
Уже не таясь, он поднялся в полный рост. Тьма и холод, стражей не видно и не слышно, лишь в отдалении ориентиром слабо светилась серебристо-белая крона. Тенька бросился туда.
Но не успел он сделать и десятка шагов, как путь ему заступило что-то крупное, плотное, крадущееся бесшумно. Оно раскрыло два поблескивающих глаза и с еле слышным шипением втянуло в себя душный воздух.
«А Нолофинвэ говорил – невидимые…»
Тенька застыл, не в силах больше сделать ни шагу, и только руки, сами, повинуясь не то древнему инстинкту, не то годами натренированной привычке, поднялись и метко выплеснули содержимое поварешки точно промеж светящихся глаз.
- А-а-а, балрог, чтоб тебя! – яростно взвыл призрак голосом Майтимо и схватился за лицо, роняя клинок, гулко звякнувший о плиты.
- Ты чего тут делаешь? – ахнул Тенька, обретая способность попятиться назад.
- Гуляю, Моргот подери! С мечом! Во тьме! Обычное дело для настоящих нолдор! Какого ты в меня всякой дрянью брызгаешься?!
- Ты бы хоть светился, - Тенька подобрал упавший меч и наощупь протянул другу. Майтимо отнял ладонь от глаз и так же наощупь взял. – А то в такой темени призраки и настоящие нолдор на одно лицо!
Лорд Химринга сдавленно выругался.
- «Светиться»?! Сперва ты нам все уши прожужжал, как бы этого призрака не спугнуть, а теперь спрашиваешь, почему я не светился! Себя бы видел! Ползет, шаркает, булькает, скажи спасибо, что я сразу рубить не стал!
- Почему ты вообще не спишь у себя в комнате?
- Да пойди я спать, тебя бы уже дюжину раз на клочки порвали! Куда тебя понесло с одной поварешкой?! Там у Древа балрог знает что творится, ни одного стража не слышно!
- Подумаешь, на месте бы изучил, - возразил Тенька. – Там должен быть такой интересненький конденсатообразователь…
Майтимо собрался было продолжить ругаться, но умолк на полуслове, настороженно вслушиваясь.
- Назад. Сюда что-то движется. Как не вовремя ты меня ослепил!
- Оно безвредное! Промой глаза водой из фонтана…
Но было поздно. Призраки надвигались со всех сторон, безмолвные в вязкой темноте, шелестящие плащами по камням.
Тенька наткнулся на оставленный котел, не опрокинув его лишь ценой испачканных штанов, по локоть замоченных рук и забрызганного лица. Собрался было снова орудовать поварешкой, но Майтимо подхватил посудину целиком и вкруговую расплескал содержимое на призраков. Швырнул ставший ненужным котел в фонтан и выставил перед собой меч. Тенька стал спиной к спине друга, припоминая полезные формулы и чувствуя, как от Майтимо начинает исходить особое сияющее тепло, способное растопить даже осколки темного клинка в ране…
- Зажечь факелы! – грянул голос Арагорна, и вязкая темень лопнула, не выдержав напора.
Звуки вернулись в мир, зачиркали огнива, оживляя трескучее пламя на просмоленном войлоке. Во дворе сделалось светло и людно.