Но в конце концов случилась куда более неприятная вещь. Пропал патрульный «хаммер». Исчез без следа. Это было куда серьезнее. Когда военнослужащие гибнут по собственной неосторожности, это воспринимается спокойно. Но когда пропадают без вести… Это действует удручающе — как на солдат, так и на общественность метрополии.
На поиски исчезнувшей машины отправились с раннего утра. Джекоб, который пристроиться в поисковую группу, даже удивился серьезности, с которой раскочегаривалась вся эта затея. Впрочем, тут в самом деле было много непонятного.
Последней весточкой от патруля было радиосообщение. Командир докладывал, что заметил на том берегу Обводного канала «Нечто» и направляется, чтобы разобраться. Потом связь оборвалась. В момент разговора машина находилась как раз за мостом через этот чертов канал. Вообще-то на тот берег канала патрули не совались. Если верить карте, места, куда ушла машина, были жуткой глухоманью. Там у русских находились какие-то производства, заводские цеха и склады. Словом то, что они называли promzona. Все это было заброшено задолго до появления тут американцев. Нынешние власти и не пытались поставить кварталы на том берегу под свой контроль. Хотя бы потому, что это было ни к чему. Людей в них не обитало. Ни мирных, ни бандитов.
Конечно, можно предположить, что командира патруля потянуло со скуки искать на задницу приключений. Но…
Было в этой истории и еще что-то непонятное. Уж больно много началось вокруг нее всяческой суеты. Из штаба прибыл какой-то разведывательный хмырь в новенькой форме, которую он явно не привык носить. Судя потому, как с ним обращался лейтенант Келли, командовавший местными патрулями, хмырь был большой шишкой. Сам Келли, между прочим тоже отправился в поиск — с кислой мордой влез в головной «хаммер» в компании с разведывательным типом. Что было тоже необычно. В обязанности лейтенанта это не входило, мог бы вполне послать сержанта Ричардсона. Тем более, что Келли никогда не был замечен в особом желании выскакивать из штанов. В корпус, направлявшийся в Россию он завербовался исключительно из-за экстренной необходимости в наличных. Это город внушал ему непреодолимое отвращение. По своей воле он бы и носа не высунул с базы.
Отправились таким порядком. Вереди шел «хаммер» с крупнокалиберным пулеметом, за ним тяжело лязгал бронетранспортер, следом шел командирский «хаммер» а потом еще два. Вскоре выбрались на Невский проспект, точенее, на ту ее часть, которую аборигены называли «Старо-Невский». Улица сохранилась в достаточно приличном виде и была почти безлюдна. Окрестные дома, особенно их первые этажи, находись в ужасном состоянии — все витрины носили следы погромов. Говорили, что тут до последней Демократической Революции находились дорогие магазины и рестораны. Миновали сожженное здание, где вроде бы, находился коммерческий банк. Как отметил Джекоб, он носил следы серьезного штурма. На окрестных домах виднелись и следы попаданий от гранатометов.
Впереди показалась площадь, за которой виднелась lavra. Возле ворот был оборудован по всем правилам военной науки блок-пост — заграждение из мешков с пеком, из-за которых таращился крупнокалиберный пулемет. Охраняли блок пост люди весьма примечательного вида. Это были крепкие бородатые парни в черных рясах — которые в этой стране носят священнослужители. Только вот на плечах у парней висели очень даже мирские автоматы Калашникова.
