Рыжий друг действительно выглядел взволнованно. Девушка не удержалась от желания осмотреть его снова, сравнивая со своими воспоминаниями.
Они были знакомы с одиннадцати лет, и Гермиона ещё помнила каким, нелепым и забавным мальчишкой он был с этими рыжими волосами и россыпью веснушек на носу. Тогда, в их первую встречу, на этом самом носу была полоска грязи, а рот был набит вкусностями из Хогвартс-Экспресса. Это было словно в прошлой жизни, потому что сейчас на неё смотрели повзрослевшие глаза друга, да и сам он возвышался над ней на добрых пару голов. Кто бы знал, что Рон вырастет настолько, что ему придется иногда пригибаться в некоторых низких проходах Норы? Война заставила Рона измениться, буквально выбивая его из прежнего тривиального характера, сделав более серьёзным, хотя его нелепая привычка говорить прежде, чем думать, всё равно осталась. Гермиона улыбнулась этим воспоминаниям и только покачала головой, ободряюще сжав широкую ладонь, протянутую к ней.
— Всё хорошо. Просто волнуюсь, — тихо выдавила она, слыша фырк со стороны, рука Рональда сразу напряглась под её пальцами.
— Чего ты фыркаешь, Малфой? — сразу огрызнулся он, прожигая блондина взглядом.
Старая школьная неприязнь оставалась между ними даже спустя столько лет. Драко усмехнулся, лениво, словно кот, отворачиваясь от созерцания пейзажей за окном. Побесить младшего из рыжих братьев всегда было любимым занятием, а всё из-за реакции которую давал этот остолоп. И в этот раз он тоже не разочаровал Малфоя своей заранее настроенной враждебностью.
— Надо же, ты вспомнил моё имя. Делаешь прогресс, Уизли. Мозги ещё не до конца испарились, — холодная ухмылка искривила его тонкие губы, заставляя Рона сжать губы плотнее. Невооружённым глазом было видно, что он уже начинал тонуть в своей ненависти к старому школьному знакомому.
— К твоему сведению, мозги не могут испариться, — вступилась Гермиона, снова защищая своего тупого дружка. Драко был даже удивлён, что эта её дурная привычка всё ещё при ней. Хотя чему тут удивляться? Рыжий пёс и шрамоголовый вечно крутились рядом с Грейнджер и продолжают это делать и сейчас. В этом Малфой не сомневался, как и в том, что только благодаря мозгам этой магглорождённой ведьмы эти два придурка остались живы. Хотя в таких откровенных мыслях он никогда и никому не признается.
— А я тебя и не спрашивал, — холодно бросил он, снова отворачиваясь к окну.
Наблюдать за тем, как пролетают мимо облака и тучи хмурой Британии, было куда более приятным занятием, чем лицезреть два недовольных лица из Золотого Трио, которые стали Теми-Кто-Победил. Драко снова передернуло.
Парень-аврор рядом с ним нервно заёрзал на месте, явно чувствуя себя не комфортно в повисшей напряжённой атмосфере. Его даже захотелось поддержать, ведь парню действительно просто не повезло оказаться с ними в одной карете! Радует одно — по прилёте в Париж они разойдутся по номерам и не увидят друг друга до ближайшего заседания.
Фестралы аккуратно опустились в магической части Парижа, отбивая ритм своими копытами по вымощенной дорожке. Эта часть столицы всегда была скрыта от магглов, почти как Косой Переулок Лондона. Карета остановилось у небольшого дворца, который освещали в вечернем сумраке парящие в округе факелы. Драко первый вышел на улицу, скептически осматривая это место и игнорируя всякую необходимость помочь Гермионе выбраться. Оно было знакомым ему, возможно, в детстве он приезжал сюда с родителями, когда учился на втором или третьем курсе, но воспоминания уже затёрлись, перекрылись сверху памятью о страхе и смерти.
— Bonsoir, messieurs, — к ним навстречу вышла женщина, довольно молодая, хотя судить о её возрасте Малфой не рискнул бы. Зная пристрастия французов, он мог предположить, что эта дама вполне могла бы быть в два раза старше его! — Меня зовут Марлен Тер'т. Я отвечаю за Ваше комфортное расположение здесь и утром сопровожу на заседание. Добро пожаловать во Францию, — знакомая картавость заставила Драко улыбнуться. Французы всегда звучали для него забавно, а когда он был ребёнком, так вообще любил передразнивать их гнусавость оставаясь в ванной сам с собой.
— Bonsoir, меня зовут Драко Малфой, а это мои… коллеги, — едва выдавив из себя это слово, мужчина улыбнулся. Как же противно было так любезничать в их отношении, но политике плевать на их взаимоотношения, как и этикету. — Мисс Грейнджер, и мистер Уизли и… — Драко вдруг понял, что понятия не имеет, как зовут того несчастного, что по воле обстоятельств оказался в их компании.
— Мистер Дикенс. Эди Дикенс, — улыбнулся тот, сверкнув идеально ровными зубами.
Мадам Тер'т загадочно улыбнулась, осматривая молодого аврора, и Малфой только подкатил глаза. Не надо читать мысли, чтобы увидеть её очевидную заинтересованность молодым британцем, который ко всему прочему отличался идеально сложенным телом. Парня можно было пожалеть только ещё один раз. Такие дамы, как эта, никогда своего не упустят.
