Эльфийка обернулась к шаману.
– Камни убивают вас, Тёмных. Что с демонической сутью, что без неё. Ваши, Тёмные целители, добьют его. А я не Тёмная. Я смогу.
Хэруол покачал головой.
– Надо, чтоб Лорд решал. Слишком серьёзно.
– И как тебе он? – Сэахор стоял у окна.
– Какая разница? – Хэлдэрэ сидела на стуле, безучастно глядя в одну точку. – Я всё сделала, как ты и просил. Нагрубила ему.
– Разве это было сложно? Я же говорил тебе, он на тебя имеет виды. С первого дня заприметил, – усмехнулся Мар. – Он привык к доступным женщинам и лёгкой наживе. Красавец. Харизматичен, обаятелен. Ни одна не устоит. Он и тебя хочет в постель затащить. На одну ночь. Так что твой гнев обоснован. Не мог же я тебя не предупредить о его намерениях перед первым знакомством… Чтобы он тебя не очаровал с первых мгновений. Ты же у меня доверчивая. Вот я и позаботился о тебе. По старой, хм, дружбе…
Хэлдэрэ подняла на него глаза.
– Не сомневаюсь. Ты всегда на моей стороне.
Сэахор улыбнулся. Мара была по-прежнему неподвижна, что не удивительно – те, кто под заклятием, так и живут. Очень удобно – без чувств и волнений.
– О, вот ты где? – раздался насмешливый звонкий голос, и в зал влетела тонкая девушка с короткими светлыми волосами. – А я тебя везде ищу.
– Можно подумать, здесь так много мест, где я могу быть, – Сэахор приобнял её за талию. – Тарис, спокойно, – рассмеялся он, когда та прильнула к нему.
– Я пойду. Дела, – Хэлдэрэ встала, не удостоив взглядом названную Тарис.
– Очень своевременно. У нас тоже… дела… – рассмеялась та ей вслед. – Правда, дорогой?..
Хэлдэрэ вышла, захлопнув за собой дверь.
– Конечно. И очень важные… – усмехнулся он, давая Тарис волю. – Куда важнее болтовни с твоей бывшей подругой.
– Снулая рыба. И как ты с ней спал…
– С трудом, Тарис, с трудом.
– Стоило ли? Теперь не избавишься, – она расправлялась с пуговицами.
– Пусть служит. Не тебя же мне напрягать…
– Ммм, приятно слышать…
Он шумно выдохнул. Густая волна злости улеглась. Расплавленный металл остывал, принимая форму. И всё же он был довольно податлив – пока.
Мар думал. Перебирал в голове заклятия. Ему нужно было что-то простое и изящное. Не столь грубое как те, прежние чары. Аккуратное, но цепкое.
А ещё ему нужно было повиновение. И смирение. И отказ от прошлого.
Ртутные глаза сощурились. Не слишком хотелось, но…
Способ был. Довольно приятный в целом. И физически, и морально. Потому что она будет против – но не сможет возразить. Потому что ломать можно не так резко, как он предпочитал. Можно надламывать. А там одно из двух – или этого хватит, или же она, поломанная, сама попросится под старое заклятие. И на Тёмных землях снова будет порядок.
Нужно лишь нарушить одно-единственное негласное правило Тёмной стороны…
– Повелитель! – в тронный зал заглянула голова Хонада. – С Хэлгаром беда.
Сэахор нахмурился и упруго встал. Раздражение снова толкнуло в голову расплавленной волной. Недоломанные когда-то вещи нужно было срочно поставить на место.
Тёмные волосы были убраны, несколько прядей небрежно спускались на изящную шею. Лицо Мары не выражало эмоций. Прекрасная, отстранённая, неживая, затянутая в плотную чёрную одежду. Ворот рубашки завязан почти под самое горло. Она шла по коридору крепости, как тень. Живые так не ходят.
– Хэлдэрэ, – эльф тихо окликнул её по имени.
Мара слегка замедлилась, а затем снова вернулась к прежнему темпу.
– Хэлдэ… – Лэнхэллир ускорил шаг, догоняя её.
Призрачные ветры и туманы её глаз устремились на него. У эльфа вдруг пересохло в горле.
– Хэлдэрэ… Я должен…
Она раздражённо выдохнула.
– Прости! – эльф упал на колени. – Я смертельно виноват. Я нёс чушь… Жестокую чушь… Я так не думал на самом деле… Прости, умоляю…
Мара зло отобрала у него свою руку, которую тот сжал в странном порыве.
– Изыди, эльф, – она обошла его.
– Хэлдэрэ! – менестрель вскочил. – Выслушай, прошу тебя! – он обхватил её за плечи.
Ещё одно резкое движение, и она сбросила его руки.
– Не трогай меня, – процедила она.
– Поговори со мной.
– Не о чем. Ты предал меня.
– Я был под действием заклятия! – в голосе менестреля звучала боль. – Мне стыдно признавать это. Помоги мне – я хочу понять, где моя брешь, что заставило меня… Хэлдэрэ, не суди так строго… Я на твоей стороне – всецело. Я не осуждаю тебя – ни единый шаг. Я уже просил Сэахора за тебя. Я помогу. Прошу, будь милосердна…
Мара обернулась на него.
– Просил? Сэахора? О чём? – серо-призрачные глаза устремились на него.
– Просил не ломать. Просил бережнее… – выдохнул менестрель. – Ты дорога мне. Ты – мой друг. Как и Сэахор. Я не хочу, чтобы магия Орина разрушила всё в нашей жизни…
Мара едва заметно улыбнулась. Но это была горькая улыбка.
– В нашей жизни уже всё разрушено.
– Всё может измениться, – Лэнхэллир заговорил серьёзно. – Сэахор приблизил тебя, поднял. Ты больше не ровня керам. Ты снова с ним. Всё наладится. Будет, как раньше… Хэлдэрэ?.. – он слегка отпрянул.
Мара смотрела на него, склонив голову к плечу. А её глаза… Это были глаза демона.
