Я не знаю, как объяснить тот факт, что сейчас в моём состоянии любая компания кажется мне лучше, чем одиночество. Я боюсь снова остаться одна. Боюсь, что снова придут мысли, а следом за ними и ещё что похуже. Сейчас главное, что это не тот монстр. Не чудовище с чёрными глазами, пугающей до смерти ухмылкой… этим гадким высокомерным выражением на немолодом лице. И я точно свихнулась, потому что на секунду… буквально на одно короткое мгновение голос этого незнакомца напомнил мне голос Артёма. Показался таким родным и таким… тёплым.
Бред…
Ужасный, сумасшедший бред.
Но лучше так, чем…
Мужчина почему-то вздыхает, достает из внутреннего кармана сотовый, звонит кому-то. В голове мелькает нехорошая мысль, но она быстро рассеивается, когда слышу:
– Я задержусь, – пауза. – Появились кое-какие дела… Чё? Да пошёл ты… – он усмехается и ухмылка эта едкая недобрая, но почему-то нравится мне.
Ненормальная…
Сбрасывает вызов, убирает руки в карманы куртки, несколько секунд смотрит мне в глаза. А я ему. Понимаю, что, должно быть, впервые так долго и так смело смотрю на кого-то.
– Кофе угостишь? – наконец, спрашивает мужчина.
– А… да, – киваю робко.
– Я, кстати, Андрей, – и протягивает мне ладонь для рукопожатия.
Она, как ей кажется, аккуратно подглядывает в окно – проверяет, уехал или нет. Занавески хоть и плотные, а всё равно тёмный силуэт от ниспадающего света хорошо читаем. Смотрю демонстративно, развернувшись всем корпусом к зданию и приподняв подбородок. Дольше, чем требуется. Когда силуэт, наконец, пропадает, снимаю сигналку, открываю дверь со стороны водителя и запрыгиваю в тачку.
Запоздало посещает мысль, что тыкать пушкой ей в лицо было лишним. У девки, явно, не все дома, хотя с тем же расчётом, что тогда можно сказать про меня?
Вот же переклинило.
Пиздец…
Завожу двигатель, беру с приборной панели пачку сигарет, закуриваю. Пока выезжаю из узкого двора-колодца, опускаю боковое стекло, чтобы разбавить сигаретный дым прохладным уличным воздухом. Переключаю скорость, выруливаю в общий поток машин, что несутся по шумному проспекту каждая по своим делам, поддаю газу.
В голове пульсирует настойчивая мысль, что было бы неплохо проветрить мозги. Нужно забуриться в какой-нибудь клубешник или бар и лучше всего в тот, где меня никто не знает… И тут же осознаю, что последнее практически невозможно – за последние годы я приложил максимум усилий, чтобы в этом городе меня знала каждая собака. И не просто знала, а боялась. Репутация под стать Никольскому и она меня полностью устраивала… до этого момента.
Мысль непонятная, странная и отдающая чётким привкусом идиотизма.
Что ж, видимо, чтобы надраться сегодня в гордом одиночестве в лучшем случае придётся валить куда-нибудь за город или же закрыться у себя дома, хотя даже так ни первый, ни второй варианты не гарантируют получения желаемого. Эти умозаключения заставляют злиться только сильнее.
Чёрт! И попёрся ведь к ней за каким-то хером, дебил. За каким, спрашивается?! Зарёкся ведь тогда, запретил себе – не лезть в её жизнь, не вмешиваться, что бы там ни было. Меня это не касается. Не моё дело! А тут такое…
Не вмешался, блядь.
Губы самопроизвольно вытягиваются в едкой отдающей горечью ухмылке. И мне действительно хочется рассмеяться. Что за бред? Как она вообще оказалась в этой грёбаной «Эре»? Если верить Михалычу, то работает там уже несколько месяцев… Работала. Так почему я ни разу её не видел? Иллюзионистка, блин. Если бы раньше запалил, выгнал бы. Сделал бы всё, чтобы уволилась, чтобы свалила с глаз долой.
Да уж. Случись так, и я облегчил бы жизнь не только себе, но и ей тоже…
А ведь ещё тогда, перед первой встречей был уверен, что всё это пиздёж – когда мне заливали про отравление и прочее. Думал, просто решила либо слиться, либо поиграться. Почти все из них считают себя какими-то особенными, невхерственными, думают, что если раз подставили свою дырку под хер, то теперь всё, мужик на крючке и станет плясать под их дудку выполняя все пожелания и хотелки.
Хер там…
Сколько таких обломавшихся сук повидал? Как они потом обливаясь соплями, скулили и что-то там пиздели ещё сверху изображая из себя невинную простоту, думая, что подобная хрень сойдёт им с рук. Не сходила. Поучительный урок на остаток жизни и правило в карьеру будущей «актрисы», что не стоит играться с влиятельными дядями. Можно и по харе огрести.
А тут…
Уже в который раз смотрю на эту замухрыжку и вообще не понимаю, каким таким злым роком, не иначе, её занесло в «Эру», а уж тем более к Никольскому на хер. Эта точно не врала тогда. Точно сидела все дни дома, но никакого отравления не было… Было что-то другое.
Теперь-то понятно «что» …
«Пожалуйста… Хотя бы ненадолго», – как по заказу в мыслях материализуется её писклявый едва живой голос, следом перепуганные до смерти большие зелёные глаза.
Идиотка безмозглая. Нашла кого просить остаться…
