Привычные служебные помещения сливаются, мелькая, в один сплошной коридор, будто тоннель, который, как кто-то сказал, иные видят перед смертью. В одном лишь разница – для меня он оказался светлым, почти белым, а в конце обшитая металлом дверь и надпись на зеленой наклейке «ЗАПАСНОЙ ВЫХОД».
Выскакиваю в удушливые объятия летней ночи. Через мгновение ощущаю, как форма липнет к телу, как кислород с усилием попадает в лёгкие, из-за чего тяжело дышать. Внутри гораздо свежее благодаря кондиционерам, но уж лучше здесь в духоте, чем там и в относительной близости от него.
Нашариваю в кармане форменной юбки пачку сигарет, зажигалку.
На самом деле, я никогда и не курила толком. Пачка не моя – Настька дала на хранение, ибо сама она вечно умудряется их терять в пылу работы.
Зажимаю тоненький фильтр губами, подношу дрожащими руками зажигалку. Подкурить удаётся не с первого и даже не с пятого раза. Нервы натягиваются тонкими струнами и вот-вот грозятся лопнуть. Наконец, огонь всё-таки соизволяет появиться, чтобы дать мне возможность отравить внутреннюю панику и клокочущий в каждой клеточке тела страх. Затягиваюсь, тут же кашляю, затягиваюсь ещё раз, стараясь перетерпеть неприятные режущие ощущения в горле. Голова внезапно кружится, а тело становится на удивление лёгким… странным. После третьей процесс идёт лучше, лёгкость испаряется, прихватив с собой паническую атаку. Остаётся лишь головокружение.
– Может, уволиться к чёртовой матери?.. – бормочу тихо. Проходит несколько секунд короткого раздумья, чтобы понять и принять – это плохая мысль.
Лучше работу чем эта, я вряд ли найду.
– До завтра, – машу рукой оставшимся ещё после смены коллегам.
– До завтра, – неровным хором отзываются они.
Иду к центральному выходу из «Эры». У дверей привычно провожает один из ребят службы безопасности. Курит.
– Пока, Стас.
– Пока, Лер, – отчего-то усмехается в конце, но не придаю этому значения.
Поднимаюсь по лестнице, миную небольшое заграждение и замираю. Сердце пропускает удар, по телу пробегают отвратительно ледяные мурашки. В желудке что-то скручивается в тугой узел и становится трудно дышать.
Взгляд застывает на чёрном внедорожнике, припаркованном почти у самого входа. Рядом два бугая в чёрных костюмах, у одного сквозь расстёгнутые верхние пуговицы рубашки виднеется массивная золотая цепь, второй в солнцезащитных очках, хотя свет огненного светила едва-едва начал проглядываться над крышами многоэтажек. Типы эти будто ждут кого-то… и точно не пришельцев.
В голове за секунду проносится сотня, а то и тысяча мыслей.
За спиной хлопает дверь.
Вздрагиваю, приходя в себя.
– Привет, рыбка, – тот, что с золотой цепью скалится, обнажая жёлтые неровные зубы в отвратной улыбке. Преграждает путь.
Молчу. Делаю шаг в сторону, намереваясь пройти мимо, и пугаюсь ещё сильнее, когда понимаю, что мне совершенно точно не дадут этого сделать.
– Садись в тачку, – хрипло отзывается второй, открывает заднюю пассажирскую дверь внедорожника.
– Что?.. – спрашиваю ошалело вмиг осипшим голосом.
– Со слухом плохо?
– Да не боись, – влезает тот, что с плохими зубами. – Ярослав Никольский приглашает на аудиенцию, – происходящее явно забавляет бандита.
– Я не… – Делаю шаг назад, затем ещё один. Оборачиваюсь, пытаясь найти поддержку в лице охранника Стаса, но…
ЕГО НЕТ!
Он просто свалил! Кинул меня!
– Вы должно быть с кем-то меня перепу…
– Лучше не выёбывайся, – вновь отзывается второй, который выглядит как сраный агент людей в чёрном. – Не будь дурой и запрыгивай в тачку. По-хорошему. – Его брови приподнимаются, выглядывая над дугами очков.
Что же это?..
Ноги подкашиваются. Кажется, я сейчас рухну прямо на асфальт. На мгновение даже хочу этого… но так, чтобы замертво.
Чик! И всё…
Однако чуда не происходит. Не со мной. Не в этой грёбаной жизни…
– Вот так, – вновь ухмыляется тип с плохими зубами. – Умница, рыбка, – когда оказываюсь у иномарки, вскрикиваю и от ужаса едва не взбираюсь на её крышу, потому что ублюдок «одарил» меня увесистым шлепком по заднице, а затем противно заржал.
– Не трогай её! – осаживает второй. – Ты слышал, что Ярослав Викторович сказал.
– Слышал-слышал… – и всё равно подталкивает меня под пятую точку, чтобы забиралась в машину, похабно скалится, когда пытаюсь отбрыкаться. – Дальше заползай. Классная задница, рыбка.
Меня колотит. Буквально. Мне жутко и страшно. Когда оказываюсь у дальней двери, крепко стискиваю зубы, чтобы они не долбились друг о друга. Прижимаю сумку к груди, зажмуриваюсь. Стараюсь дышать ровно и через нос. Ни хрена не выходит!
Здравый смысл в панике кричит:
«Что ты делаешь, идиотка?!»
И он же, будто в шизофреническом припадке твердит:
«У тебя нет выбора… нет выбора…»
И ледяной пот по телу от осознания, что действительно… выбора нет. Нет вариантов. Точнее… Они не врут – если не поеду добровольно, утащат силой. И никто… НИКТО их не остановит. Никто не вступится за меня, не прекратит этот безумный кошмар.
Я знала… С самого начала знала, что так и будет.
– Да не трясись ты так! Можно подумать за бабки никогда не трахалась.
