– Это скопление энергии, сила, которая стоит за каждым человеком. Вот знаешь, такое ощущение, когда мысль витает в воздухе и одновременно приходит в голову нескольким людям? Она берется из эгрегора. Эгрегор Москвы создают сильные, целеустремленные люди, желающие развиваться. Я хотел таким быть. Я здесь всегда был в своей тарелке. В своей летающей тарелке. – Он странно засмеялся своей нелепой шутке.
– Ну понятно. Эгрегор – это коллективное бессознательное.
– Ну типа да, – закивал Никита.
– А как ты думаешь, кто я из литературных героев, если не Смердяков? – спросил Илья, чтобы увести разговор из эзотерического русла.
– Да я мало книг читал, не то что ты. Но думаю, что ты – Мартин Иден, читаю про него сейчас.
– Я? Да ну!
– Ну да! В тебе абсолютно такой же потенциал.
– Никогда бы не подумал. Будь я таким же трудоспособным, как Мартин Иден, тогда тимлидом был бы я, а не ты.
– Во-первых, я больше не тимлид. Во-вторых, вообще не хочется себя так больше идентифицировать. Я больше, чем моя карьера. Хотя, конечно, трудоспособность важна. И она у тебя тоже есть, просто ты вместо работы занят ерундой, попытками устроить личную жизнь. У тебя какая-то избирательная мотивация. И вообще я другое имел в виду. У тебя внутри такая же огромная сила, такая же мощная энергия. У меня нет и доли этой силы. Ты определенно можешь больше, чем ты думаешь. Ты можешь на самом деле все. Вот именно этому я всегда и завидовал.
– Ты прикалываешься? Я даже не могу найти себе нормальную бабу. Я всю жизнь просрал.
– Да что ты заладил с этими бабами? Одни бабы на уме. Тебе надо одухотвориться. Ты осторожничаешь, гасишь в себе этот свет, добровольно погрязаешь в болоте из рутины. Мне кажется, ты запутался.
– Ты вообще меня слышишь, ты слушаешь, что я тебе говорю? Меня Лена трахнула, как доминантный самец, и бросила!
– Я тебя слышу. Но ты сам не слышишь себя. Зачем тебе эта женщина? Она тянет тебя в болото. В корзину с грязным бельем. Ты растрачиваешь себя на нее. Ты потерялся. Ты растворился в ней.
Теперь Илья злился не только на себя, но и на Никиту. Он смотрел в дырочку пивной банки, будто из нее сейчас вылезет джинн и исполнит его желание. Он загадал бы просто перенестись отсюда, но сам не уходил, словно еще на что-то надеясь. Однако надеяться было бесполезно. Духовность и энергия, ничего нового. Никита не понимал его.
…Интернет-магазины и маркетплейсы запустили распродажи со скидками 80 %. Черная пятница – великий обман населения. День, когда тысячи человек попадаются на уловки маркетологов, покупая товар по фальшивой скидке. Илья знал все это, читал многочисленные разоблачения в интернете. Но ему казалось, что если он не купит в черную пятницу товар со скидкой, то год будет прожит зря.
Многие в черную пятницу покупали подарки близким – резонное решение, ведь чем ближе праздники, тем скуднее выбор товаров, но для Ильи это было неактуально. Однако самым страшным казалось отстать от всех – поэтому в конце каждого ноября Илья шел в ближайший переполненный ТЦ с орущей во все динамики
В этот раз все было совсем не так. Взнос по ипотеке и ежемесячный платеж сильно ударили по аппетитам и покупательной способности Ильи. Он уже пять минут смотрел на куртку рабочего в своей корзине «Зорро» и думал, нажать ему «оплатить» или нет. Когда он только добавил ее в избранное еще в сентябре, куртка ему очень нравилась, но сейчас желание обладать ею притупилось. Он не понимал, нужна ли ему в гардеробе третья по счету куртка рабочего, пусть они и все разные. Пока Илья размышлял, брать или не брать ему эту дурацкую куртку, в комнату вошел Никита. Вид у него был загадочный, возбужденный.
– Илья, не занят? Я давно хотел сказать тебе что-то важное, – сказал Никита и встал прямо над душой.
– Чего хотел?
– Что делаешь?
– Да вот, «Зорро» смотрю. Черная пятница же сегодня.
– Нашел чего-нибудь себе?
– Да ничего не нужно вроде. Неохота деньги тратить.
Илья понял: в задницу эту куртку. Если бы Никита не зашел в комнату, может, он бы ее и купил. Но Никита зашел, отвлек его своим важным заявлением, и покупка куртки сразу показалась неважным делом. Илья даже разозлился немного на Никиту, что тот так обнулил значимость куртки в его глазах.
– На тебя непохоже, – сказал Никита серьезно.
Илья терял терпение:
– Не тяни. Что там у тебя стряслось?
– Описание понимания истины – еще не истина. Сам Будда Гаутама избегал любых описаний своего озарения. И когда его спрашивали о величайших тайнах Вселенной, он, как пишет Алан Уотс в своей книге «Дух дзен-буддизма», «величественно хранил молчание». Учение Будды касается только пути к просветлению, но это не откровение просветления.
– Поэтично. Но ты слишком издалека начал. Очень туманная мысль. Ты это к чему вообще?
