Напомню, что поиск таких движений – главная идея метода краткосрочной торговли Ларри Вильямса.
Для краткосрочного трейдера очень важно видеть, на какой стороне рынка находятся крупные участники, чтобы вовремя к ним примкнуть и заработать с помощью генерируемых ими движений.
Рынок никогда не стоит на месте. Он все время колеблется: вверх или вниз. Точно так же институционалы, постоянно присутствуя на рынке, не сидят без дела – они либо продают, либо покупают. Если нет ярко выраженного тренда, они занимаются пробами рынка.
Проба рынка – это очень важный элемент торговли, о котором писал еще Ливермор. Он необходим крупным игрокам для того, чтобы выявить соотношение спрос/предложение. Таким образом они определяют, насколько активно выкупаются проливы и защищаются те или иные уровни. Кроме того, пользуясь удобным случаем, они пытаются раскачать рынок так, чтобы вызвать срабатывание стоп-ордеров других участников и заработать тем самым прибыль на колебаниях рынка.
У крупных игроков есть еще один прием, применяемый ими на любом временном отрезке. Если кто-то из них, например, запланировал игру вниз, то для обеспечения нужной мощи движения он предварительно накапливает определенное количество акций, чтобы их продажами обеспечить необходимый рычаг возникающему движению. Это очень старый метод игры, который был хорошо известен еще 100 лет назад.
Очень хорошо известно, что государство не является эффективным собственником. Точно так же его действия на фондовом и других финансовых рынках неумелы и топорны и очень редко достигают поставленных целей.
А как же ВЭБ в 2008 году, спросите вы? Разве покупки им российских акций на средства из фонда национального благосостояния не спасли в конце осени российский рынок от падения еще на 30–50 %? В какой-то степени, конечно, спасли. Прежде всего с помощью этих денег были выкуплены маржинколы, которых с сентября накопилось уже предостаточно.
Но, с другой стороны, сумма в 175 млрд рублей была более чем достаточна для того, чтобы не просто остановить снижение цен, но и существенным образом изменить настроения участников рынка.
Если бы на месте ВЭБ был опытный и профессиональный игрок, например какой-нибудь западный фонд, перед которым стояла бы цель поддержки рынка и который располагал бы такими же огромными денежными ресурсами, как и ВЭБ, то он действовал бы совсем другим образом.
Он организовал бы все так, чтобы участники рынка поверили в смену тенденции и перешли к активным покупкам, а не сидели бы в кэше до марта 2009 года.
Он создавал бы импульсы, которые привлекали бы других игроков, и вызывал ралли, выкупал откаты после этих ралли, затем опять инициировал новые ралли, т. е. действовал бы именно так, как должен действовать крупный институциональный игрок, перед которым стоит задача организовать движение вверх (об этом было хорошо известно еще во времена Джесси Ливермора). В таком случае рынок еще в 2008 году мог вырасти на 40–70 %.
Что же мы имели на самом деле? Очень специфический характер покупок в определенное время в конце дня с задергом цен на 10–15 % вверх и возвращением цен на следующий день на прежний уровень и повтор этого сценария на следующий день или через день. Может быть две причины такого странного исполнения госзаказа: либо трейдеры ВЭБ отличались некомпетентностью, либо это делалось в интересах какой-то определенной группы лиц. И все время, пока тратились эти деньги, рынок торговался в боковике. Между прочим, если сравнивать динамику российского рынка в ноябре-декабре 2008 года с динамикой американского рынка в то же время, то мы увидим, что наш рынок уступал американскому, хотя там не были выделены такие огромные средства на непосредственную поддержку фондового рынка.
Раз уж речь зашла об американском рынке, хочу отметить, что американское правительство иногда тоже очень активно влияет на ход торгов, и не только косвенным образом, скажем, принятием правительственных решений в определенное время или опубликованием каких-то важных новостей. Я убежден, что в критические моменты времени американское министерство финансов осуществляло интервенции на валютном рынке в целях стабилизации ситуации на фондовом рынке. Несколько раз именно внезапные малообоснованные движения доллара против других валют, вызванные, по всей видимости, интервенциями центральных банков, приводили к приостановке резких падений на фондовом рынке, а все мы помним об очень тесной взаимосвязи фондового и валютного рынков. Я также не исключаю, что в 2008 году в критические моменты американское правительство проводило операции и непосредственно на фондовом рынке, скажем – выделяя деньги доверенным банкам. Но это только мое предположение.
Среди множества факторов, влияющих на рынок, всегда есть тот, который в данный момент доминирует над всеми остальными факторами и является определяющим в поведении рынка.
