В Америке к институциональным инвесторам относятся пенсионные и взаимные фонды, страховые компании, инвестиционные банки, хедж-фонды и даже крупные частные инвесторы. Они обладают значительно большей компетентностью в вопросах инвестирования по сравнению с рядовыми частными инвесторами, поэтому, чтобы не допустить злоупотреблений с их стороны, американское правительство осуществляет жесткое регулирование их действий на финансовых рынках. Я уже упоминал, что американская комиссия по фьючерсной торговле
Институциональная торговля формирует среднесрочные и долгосрочные тренды на рынке.
Институциональные инвесторы не обладают расторопностью простых частных инвесторов, поэтому им приходится накапливать и распродавать свои торговые позиции в течение длительного времени. Институционалы также не могут быстро менять свое мнение о рынке и резко, как спекулянты, менять свое поведение. Их инвестиционные решения зачастую принимаются коллегиально, и действия подчиняются строгим формальным процедурам, а трейдеры являются лишь техническими исполнителями.
Поэтому портфельные менеджеры инвестиционных фондов всегда реагируют с запаздыванием. Это касается и покупок и продаж. Как сказал Джеймс Р. Роджерс, партнер Джорджа Сороса: «Генералы всегда готовятся к прошлой войне. Портфельные менеджеры всегда инвестируют в прошлый бычий рынок».
Основное правило институциональных игроков – следование тренду.
Чем сильнее становится тренд, тем большую позицию они открывают на рынке. В целом у них такой же подход к управлению размером позиции, как и у Джесси Ливермора. Пока продолжается восходящий тренд в применяемом ими тайм-фрейме, они не будут продавать. Они начнут продажи, когда получат сигнал о смене тренда.
Рисунок 5.8 хорошо демонстрирует, как институциональная покупка проявляла себя во время разворота долгосрочного тренда в марте 2009 года. Первая попытка пробить уровень 20 рублей в первых числах февраля оказалась неудачной, и рынок опять свалился в район 13–15 рублей и консолидировался здесь в течение 2 недель, в то время как на американском рынке происходила вторая волна снижения. Затухающие объемы в конце февраля явно указывают на то, что продавцов уже почти не осталось. Но основная институциональная покупка началась при выходе из коридора цен 16,6-17,6, значения которых, кстати, являются примерно 50 %-ными и 62 %-ными уровнями Фибоначчи сформированного бокового диапазона. Цена 17,6 рубля выступила в данном случае в качестве того базисного уровня (вспомним, что писал о них Джесси Ливермор), после пробития которого большие деньги стали заходить в рынок.
Рис. 5.8. Объемы хорошо демонстрируют институциональную покупку
Важно понимать, что ключевым уровнем для крупных институциональных игроков в данном случае являлись не 15 рублей (так посчитали бы многие технические трейдеры), а 17,6 рубля. Крупным деньгам требовалось подтверждение, что рынок пойдет дальше. Объемы и скорость дальнейшего движения очень хорошо демонстрируют, что они получили такой сигнал и сделали вывод о том, что произошла смена крупномасштабного тренда.
Увеличивают или уменьшают позицию крупные институциональные игроки, как правило, в каких-то ключевых точках, чаще всего – при прорыве того, что они считают базисными уровнями. Как и Джесси Ливермор, они придают большое значение рыночным числам.
Для них время дня почти не играет роли. Имея большую заявку на покупку или продажу, они не в состоянии исполнить ее сразу и целиком и делают это частями, двигая цену в течение всего дня вверх или вниз. По мере приближения к закрытию они все больше торопятся заполнить свою торговую квоту. В результате очень часто активные покупки или продажи во время последнего часа торгов приводят к закрытию рынка вблизи максимумов или минимумов.
Действия институционалов – основная причина возникновения Дня тренда.
Похожие приемы торговли, используемые крупными игроками, периодически приводят к значительному отклонению рынка от состояния равновесия. Возникает сильная перекупленность или перепроданность рынка, за которой затем следует резкая коррекция. Действия институционалов в не меньшей степени, чем эмоциональной толпы, приводят к постоянной смене волатильности. Иногда они, подобно Ливермору, «щупают» рынок, пытаясь определить близость дна или вершины.
В конце тренда они, как правило, излишне усердствуют и скапливаются на одной стороне рынка. Это приводит к возникновению взрывоопасной ситуации, предшествующей мощному развороту.
Таким образом, возникает взрывное движение в направлении, противоположном тренду, которое и приводит к смене тренда.
