Он не отвечал, я постучала еще сильнее, но в ответ, все так же, была тишина. Толкнула дверь посильнее и она открылась. От испуга мое сердце ухнуло куда- то вниз. Неужели случилось что — то нехорошее?
Ян лежал в бадье не двигаясь и, как мне показалось, не дышал. Мокрые волосы торчали иголками в разные стороны. Правая рука безвольно свешивалась через край.
Я подошла и потрясла его за плечо.
— Эй, хватит спать.
— Ой, — он дернул руку внутрь бадейки и обрызгал меня водой, — Ингарра, я уснул, да?
— Уснул, — проворчала я, — да у меня чуть сердце от страха за тебя не остановилось. Лежишь тут весь мокрый и холодный как лягушка.
Он хихикнул.
— А у меня мыла нет. Я в бадью забрался, думал думал, что делать, не ходить же мокрым по всей гостинице, и заснул.
— Сейчас будет тебе мыло, — я мышкой прошмыгнула в свою комнату за мылом.
— А чего дверь не закрыл? — сердито спросила его вернувшись, — заходи кто хочет, бери, что хочет, пока Яранн дрыхнет.
— Устал. И, вообще, не ворчи.
— Легко сказать «не ворчи», меня чуть удар не хватил. Ну, давай начнем сочинять список завтрашнего разоренья.
Я уселась за стол и принялась писать. Ян за моей спиной тихонько плескался в бадье.
— Так в спальню покупаем постельное, покрывала, шторы. В гостиную тоже покрывала для мебели и шторы. Слушай, а мебель тут заказывают мебельщику, да?
— Да, — Ян выбравшись из бадьи, взял простыню от одеяла с кровати, завернулся в нее и сел рядом на стул, — а как иначе?
— Ну может у него готовое есть на продажу, — оправдалась я, — пишу: диван, стол, стулья и кресла для гостиной под вопросом, хорошо? Какие — то предметы, наверное, можно купить готовыми.
Список включающий в себя текстиль и кухонную утварь получился весьма внушительный. Я почесала затылок прикидывая как это втихую протащить в комнаты.
— Одни расходы, — вздохнула сердито, — и все ради того чтобы отвести от себя подозрения, что мы — это мы. Никакие из нас мастера маскировки на самом деле.
— Да, — Ян кивнул задумчиво разглядывая мой почерк, — а ты можешь что- нибудь на своем языке написать?
— Опять проверяешь не солгала ли я тебе? — я усмехнулась и написала по-русски: «Ярран не верит Ингарре»
— Я просто сравниваю, вот тут у тебя очень уверенный почерк, сразу видно, что ты не задумываясь пишешь. А список ты написала, прости, немного криво. Так обычно дети пишут.
— Ну да, практики у меня было мало. Раз список готов, — я потерла глаза, все — таки писать в свете свечи очень утомляет, — пойду я к себе, спать.
— Останься здесь, — тихо попросил Ян, — мне после ванны не очень хорошо.
— Ладно, — я сбросив только ботинки, не раздеваясь легла на кровать, — только и ты будь добр, голым не плюхайся, не смущай меня.
— Да, конечно, — Ян ушел за ширму и там торопливо надел рубашку и брюки.
Закрыв глаза я мысленно прокрутила все свои завтрашние действия с ходьбой по рынку, покупками, обустройством дома. Все- таки забот с этой договоренностью я приобрела больше, чем решений своих проблем. Но и отказываться теперь как — то неловко.
Кровать заскрипела, я приоткрыв глаз смотрела как Ян пытается улечься поудобнее, стараясь не потревожить меня.
— Добрых снов, — улыбнулся он, заметив, что я за ним наблюдаю.
— Добрых, — зевнула я прикрыв рот краем одеяла, — буди если что.
Утром меня разбудил крик петуха раздавшийся прямо под окном.
— Жеваный курятник, — ругнулась я спросонок и потянула подушку на голову.
— Ингарра, ты все время говоришь какие — то странные вещи, — Ян приподняв голову от подушки пытался сфокусировать на мне сонный взгляд, — зачем кому-то жевать курятник? Он же деревянный.
Он смачно зевнул и завернулся в покрывало с головой.
— Ну да, — проворчала я сползая с кровати, — и правда, дерево, оно для зубов неполезное, щепки застревают.
— Угу, — согласился из-под одеяла Ян.
Сходив к себе, умывшись, переодевшись я заглянула к нему в комнату.
— Я ушла на рынок, мальчишку тебе пришлю с вещами.
— Как это?! — он подскочил, — я с тобой.
— Так это, — передразнила я, — ты лежишь и ждешь пацана, я буду покупать вещи, а он приносить их сюда. А тебе придется складывать их в сундуки.
— У нас нет сундуков, — сообщил мне Ян.
— Я их куплю, — донесла я до горга очевидную истину.
— Деньги возьми, а то после разговора с дедом, ты все на свои покупать решишь, — недовольно проворчал Ян.
— Да уж возьму, не переживай, — я достала ридикюль и отсыпала в свой кошелек на поясе не меньше пятидесяти монет.
Умывшись и приведя себя в порядок, спустилась вниз.
— Уважаемый, могу я одолжить вашего мальчишку? — спросила у хозяина. Тот сидел на лавке и лениво зевая почесывал пузо под домотканой серой рубахой.
— Зачем это? — насторожился он.
— Мне нужно кое — что из вещей донести будет, я на рынок иду, серебрушкой вам оплачу.
— А, донести, это можно, — он поднялся с лавки и гаркнул куда — то в сторону кухни, — Ильниир!
На кухне раздался грохот, что- то упало и разбилось. Послышалась ругань кухарки.
На пороге появился тощий мальчишка, русый, кудрявый, с фингалом на пол-лица.
— Пойдешь, значит, с эррой, донести ей поможешь, чего скажет.
Тот утер нос рукавом, глянул исподлобья и пробасил:
— Ладно.
