Инвиктум (СИ) полностью

- Они и знать не знают, кто твоя мамочка, правда? – спрашивает он, улыбаясь. Но это не

та улыбка, которой он улыбался мне так часто. Это улыбка гадкого сына президента Нойра. –

Почему? Боишься, что станут осуждать? Глупо, Александра. Рано или поздно, они все

поймут. Даже не самые смышленые из них.

Он усмехается собственной шутке, а я проглатываю ком, который встал у самого горла.

Это желчь. Мне неприятно видеть его таким. Этот Себастьян всегда вызывал у меня лишь

отвращение. Он такой же, как и его отец. Или станет таким, совсем скоро. Усмехаюсь ему в

тон.

- Знаешь, в глубине души, - я кривлю губы, - Я ненавижу все, что связано с тобой. Все

мелочи. Твой голос, твой запах, твой смех и манеру речи, твои слова, твои взгляды и

прикосновения. Я все это ненавижу. Всё то время, что я потратила на тебя, оказалось

пустым. Даже сейчас, спустя десять лет, ты ничуть не изменился. Ты делаешь все для своей и

только своей выгоды, Себастьян. Ты эгоист. Ты всегда им был. А еще, - развожу руками, - ты

лжец. Это я ненавижу в тебе больше всего. Твою наглую, мерзкую ложь.

Себастьян улыбается - улыбка расплывается по его лицу медленно, будто специально

заставляя меня наблюдать за ним, а затем он говорит:

- Моя ложь защищала меня на протяжении многих лет, Ксана. Моя ложь меня бережет.

И то чувство, которое ты испытываешь, называется иначе.

- Мы закончили, - бросаю я и уже собираюсь уйти, но слышу, как он начинает смеяться.

Тихо, прикрывая лицо руками, словно боится, что я увижу его эмоции. Но пару секунд спустя

он снова смотрит на меня, и его голубые глаза блестят. Не знаю, отчего – злости или слез.

Себастьян качает головой, горько усмехаясь. Я замираю, ожидая очередную речь о том, как я

не права, что нужно дать ему еще шанс. И еще, и еще. Но Себастьян не говорит этого.

- Ты победила, - кивает он.

- Что?

- Я покончил с тобой, - шепчет Себастьян, подходя ко мне. Не знаю, почему, но в груди

что-то шевелится. Что-то неподвластное мне. – В эту самую минуту.

29

4

Megan Watergrove 2015 INVICTUM

Моргаю. Отчего-то мне становится не по себе. Я чувствую собственные эмоции,

собственную ауру. Обида, страх, жалость, а за ними невыносимая тоска. После его слов в

душе образуется вакуум.

- Мы покончили с нашими отношениями десять лет назад, Себастьян, - бормочу я, а он

отрицательно качает головой и целует меня в щеку. И шепчет:

- Нет, Ксана. Сейчас.

Хочу что-то сказать, но не могу найти слов. Он берет мое лицо в руки, и я не

сопротивляюсь. Не знаю, почему. Просто стою на месте и смотрю в его кристальные глаза.

Они – синева океана.

- Я буду тебе нужен, - говорит Себастьян, наклоняясь так низко, что наши лица

невыносимо быстро сближаются. Я стойко выношу его взгляд. – Но, когда ты поймешь это, станет слишком поздно.

Он отпускает меня, но все еще стоит рядом, смотрит на меня, ожидая слов, а я не могу и

рта открыть. Внутри все клокочет от злости – то ли на него, то ли на саму себя. Сдавайся, -

говорит уставшее сердце. Но я не могу переступить через себя, не могу наплевать на все, что

пережила. На воспоминания. Я так не смогу. Себастьян опускает взгляд и горько усмехается.

И, разворачиваясь, уходит. Стою и смотрю ему вслед, язык словно мертв. Он не может

говорить. Я застыла на месте. А несколько минут спустя происходит нечто ужасное.

Чувствую острый, пронзающий укол в сердце. Будто тысячи тонких иголок разом

вонзились в него. А затем в моей голове возникает до боли знакомый голос:

- Выходи-выходи, сестренка, где бы ты ни пряталась.

_____________________________6_____________________________

(Р)

Полчаса назад

Жила-была на свете женщина. Прекрасные волосы, изящная фигура, грациозная

походка, светские манеры - все в ней было идеально. Ее уважали и ценили в сообществе, признавали, как лидера, ей поклонялись. Но было в ней и то, о чем не знали люди. Та

женщина была обманом. Она носила на лице лживую улыбку, слова, вылетавшие из ее

красивого рта, были ничем иным, как пустотой, которая жила и в ее ледяном сердце. В ней не

было милосердия, любви к ближним. Ее душа была уродлива и черна.

29

5

Megan Watergrove 2015 INVICTUM

Та женщина была моей матерью.

И она никогда не любила меня.

Сейчас я вижу ее так, будто бы сижу рядом, совсем близко. Полезная способность. Одна

из лучших. Ледяная женщина смотрит на большой экран. Она непроницаема. На ее

идеальном лице нет ни единого изъяна. Холодные голубые глаза не моргают. Они мертвые. Я

не могу проникнуть в ее сознание – она что-то сделала с собой, поставила блок. Каким

образом? Неизвестно. Возможно, она ввела себе порцию нейронов одного из Инсолитусов.

Зато мозг Дэвида Кайзенберга вполне подвластен мне. Пусть он и гений, но защитить свой

мозг от проникновения не сумел. Печальная новость для него, отличная для меня.

Ледяная женщина в большом зале. Она идет к трибуне, чтобы начать речь. Я узнаю этот

зал – зал совета. Она все еще в Акрополе. Я – Дэвид. Он встает рядом с ней, почти сразу же в