- Меньше знаешь, крепче спишь, Себастьян. Не суй нос в эти дела. Просто следуй
указаниям.
- А что, если мне не понравится участвовать в этом проекте? Я смогу отказаться?
Отец очень долго смотрит на меня. Я понимаю без слов, что он хочет сказать. Назад
дороги нет.
11
1
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
- Идем, - говорит он, - Представлю тебя.
Отец шагает вперед, открывает очередную невидимую дверь и проходит внутрь. Я
следую за ним. Впервые в жизни – послушно.
Комната, в которой надо мной будут проводить опыты, большая. Просторное белое
помещение и, по всей видимости, стерильное. Перед тем, как войти в нее, меня заставляют
снять всю одежду и пройти чистку. Это мерзко, но выбора нет. Отец обходится стерильным
костюмом, напоминающим скафандр.
После процедуры меня переодевают в льняные брюки и рубашку белого цвета и отводят
в специально отделенную от общей комнаты область. Здесь меня встречают несколько
ученых. Высокая женщина с рыжеватыми волосами руководит ими. На вид ей около
пятидесяти, а может чуть больше. У нее приятное лицо, карие глаза и тонкие губы. Она
искренне улыбается мне.
- Добро пожаловать в проект «Инвиктум», Себастьян, - говорит она, - Меня зовут
доктор Хелен Прайс. Я буду куратором твоего проекта. Тебе уже рассказали, что в него
включено?
- Нет, - коротко отвечаю я, осматривая обстановку и людей, окружающих меня. Отец
стоит, скрестив руки на груди, и внимательно смотрит на меня – я могу видеть это боковым
зрением. Наверняка думает, что я сбегу. Но я и не собираюсь.
- Сначала мы исследуем клетки твоего мозга, посмотрим, что и как там у тебя работает,
- женщина по-доброму усмехается, - Затем проверим твое тело на выносливость. Это имеет
важное значение при текущих обстоятельствах.
- Что за обстоятельства?
Доктор Прайс мнется, будто не уверена, должна ли говорить мне об этом. Вижу, как
отец еле заметно кивает, а затем Хелен продолжает:
- Видишь ли, к сожалению, мы не можем быть на сто процентов уверены в успешности
этого проекта.
- И это значит…?
- Ты можешь погибнуть, - отвечает женщина, и я почти уверен, что она по-настоящему
расстроена этим фактом. Видимо, я не первый подопытный. Остальные мертвы. – Однако
вероятность небольшая.
- Те люди, в соседней комнате, - говорю я без стеснения, - Те, что в криокамерах. Они
умрут?
- Нет. Это временная мера, для поддержания их состояния. Тебе не о чем беспокоиться.
Доктор Прайс продолжает объяснять мне суть эксперимента, но я уже не слушаю ее. Не
о чем беспокоиться? Едва ли. Глядя на лица несчастных почти что детей, мне не кажется, что
они в безопасности. Мне кажется, что они медленно, но верно умирают.
Значит ли это то, что и я в скором времени окажусь на их месте?
11
2
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
__________________________________________________________________________
Я морально обнажен. Как лезвие ножа, как высоковольтный провод, как жертва,
ожидающая своего приговора.
Когда меня сажают в кресло и пристегивают руки толстыми кожаными ремнями, у меня
возникает странное ощущение, будто я попал в настоящую камеру пыток. Однако это всего
лишь лаборатория.
Ноги босы, их так же связывают ремнями. Наверняка, чтобы я не разбушевался. Значит, это больно. Ну, само собой. Иначе отец попросил бы кого-то другого. Легкие штаны из
хлопка буквально висят на мне, их подвязывают веревкой. Когда ко мне подходит одна из
ассистенток доктора Прайс, я улыбаюсь ей. Симпатичная блондинка смотрит на меня
большими карими глазами и проверяет, все ли в порядке с защитой.
- Давно ты работаешь на этих клоунов? – спрашиваю я. Она мнется, не зная, что
ответить, и стоит ли разговаривать со мной вообще. Ее губы изгибаются в подобии улыбки, а
затем она отходит, сообщая доктору, что все готово к первой инъекции.
- Скажите мне, что у вас есть какое-то обезболивающее, - говорю, завидев Хелен Прайс.
Она достает из стального чемоданчика ампулы красного цвета и большой шприц, скорее
похожий на кинжал, способный разрезать меня пополам. Ампул шесть. Мне думается, что в
них какой-то химический препарат, но доктор опровергает мои мысли.
- Это кровь, - говорит она, наполняя шприц жидкостью, - Смешанная с радиоактивными
элементами. Мне нужно, чтобы ты расслабился, Себастьян. Это не больно.
- Правда? – усмехаюсь я. Хелен смотрит на меня долгим, пронизывающим взглядом, и
мне уже совсем не кажется, что она хороший человек. А может, страх влияет на мои
суждения больше, чем я предполагал.
- Нет, - отвечает она и резко вкалывает мне в вену огромную иглу, а затем вводит
порцию препарата. Я не слышу собственных мыслей из-за криков. Кто это вопит? Неужели я?
Да, кажется, так и есть. Горло дерет от криков, которые я издаю. Черт, как же это больно.
Хелен смотрит на меня, ждет реакции. А ее нет. Я просто сижу, привязанный к креслу, и
часто дышу. Введение препарата оказалось весьма болезненным, но это все, что я испытываю
на данный момент. Проходит почти минута. В лаборатории стоит пугающая тишина, и я
чувствую себя идиотом. Что происходит? Это все?
