В то время как разгорались споры о трансляции "Хрустальной ночи", Кофлин опубликовал в своем информационном бюллетене речь под собственным авторским номером, в которой плагиатировал министра пропаганды нацистов Пауля Йозефа Геббельса. 21 Вскоре после этого некоторые из его сторонников, более экстремальные, включая членов небольшой полувоенной группы активистов, известной как Христианский фронт - основанной не Кофлином, а в ответ на его призыв к крестовому походу против антихристианских сил - начали совершать акты насилия на улицах. 22 В конце концов группа была арестована Федеральным бюро расследований (ФБР) за планирование кампании взрывов и разговоры о свержении правительства, хотя историки расходятся во мнении о том, насколько серьезными были эти попытки. 23 После ареста Кофлин вновь заявил, что он поддерживает более широкую идею и движение Христианского фронта.
Хотя Рузвельт не хотел действовать, известные журналисты писали письма с поддержкой приостановки вещания и предлагали, чтобы Федеральная комиссия по связи сама лишила Кофлина эфира. 24 Поскольку Кофлин начал выступать за авторитаризм и фашистскую диктатуру, администрация Рузвельта решила, что радиочастотный спектр - это "ограниченный национальный ресурс", и поэтому радиовещание не имеет права на полную защиту в соответствии с Первой поправкой. 25 В июле 1939 года Национальная ассоциация радиовещателей внесла изменения в свой кодекс, ограничив продажу эфирного времени "выразителям спорных общественных вопросов" и четко указав, что радио не может использоваться для "нападок на чужую расу или религию". 26 Ассоциация обсуждала вопрос о том, что можно освещать в радиообращениях и как (или в какой степени) религиозный контент на радио должен способствовать консенсусу и духовной гармонии против очернения других религий для укрепления своей собственной. 27 Вопросы о том, как лучше относиться к этим вопросам, помогли сформировать нормативную базу, известную как Доктрина справедливости, 28 , которая требовала, чтобы вещательные СМИ предоставляли равное время для представления противоположных сторон по спорным темам.
23 сентября 1940 года Кофлин написал в своем бюллетене, что его "вытеснили из эфира". В 1942 году почтовое ведомство США лишило его бюллетень "Социальная справедливость" права пересылки вторым классом, а генеральный прокурор начал расследование как источника проаксистской пропаганды.
Снятие Кофлина с должности значительно снизило его влияние; после вступления Соединенных Штатов во Вторую мировую войну он стал все более неактуальным и в конце концов вернулся к спокойной жизни проповедника. Однако его популярность в период расцвета является интересным примером того, как харизматические личности, обладающие врожденным пониманием структуры и сути влияния, могут формировать общественное мнение.
Мало кто поспорит с тем, что в конце 1930-х годов отец Кофлин был на правильной стороне истории или являлся силой добра. Современник Кофлина, философ Карл Поппер, рассуждал о "парадоксе толерантности" - о том, как либеральное общество, терпимое к авторитарным взглядам в интересах свободы слова, может подорвать свое собственное выживание. Действительно, пример Кофлина имеет непосредственное отношение к сегодняшнему дню, поскольку частные предприятия, правительство, СМИ и гражданское общество отреагировали на появление демагога многогранно и этически сложно. Были меры государственного регулирования. Были усилия по просвещению общества. А частные организации сделали выбор в пользу и отказали ему в предоставлении платформы, причем толпы людей как поддерживали этот выбор, так и выступали против него.
Эти же вопросы стоят перед нами и сегодня, хотя и на другом типе технологической инфраструктуры. Ставки также схожи.
Ответ на мельницу слухов и машину пропаганды
Современные параллели с историей Кофлина многочисленны. Новая мощная технология, радио, изменила то, как люди получали информацию и узнавали о мире. Оно стало источником развлечений; радиоведущие стали влиять на культуру, становиться звездами. Такие моменты, как радиоадаптация Орсоном Уэллсом в 1938 году романа Г. Г. Уэллса "Война миров" о вторжении марсиан в Америку, показали, насколько уникально оно может передавать как реальность, так и нереальность. Президент Соединенных Штатов Франклин Д. Рузвельт использовал радио для своих "бесед у камина", вечерних передач о самых разных проблемах - от депрессии до борьбы с фашизмом в Европе. Как и любое другое технологическое средство, радио стало инструментом пропаганды, которым пользовались как государственные деятели, так и демагоги вроде Кофлина.
