Все замерли. Некоторые так и не успели закончить шаг, подвесив ногу в паре дюймов от поверхности. Казалось, в следующее мгновенье они сорвутся в движение, снова затрепещут складки одежды от порывистого ветра. Это было обманчивое чувство, волшебство надежно сковало их, и сколько бы ни старалась непогода расшевелить их, все напрасно.
Нужно спешить пока не закончился заряд в медальоне, иначе его постигнет та же участь. Но где же причина, где вражеский чародей? Арист в дозоре, очевидно, старался крикнуть, но так и замер с открытым ртом в полуобороте. Значит, он успел заметить противника. Так и есть, за ним в ста ярдах, на другом краю перевала стояло четыре человека. Один с простертыми перед собой руками, будто покрывал ими отряд Ронина — вот его цель. Два лучника не в счет. Наверняка еще один это мечник.
Он не успел ничего предпринять, как его планы кардинально поменялись после увиденного. Тот, кого он считал мечником, совершил несколько жестов и в сторону сержанта, вспахивая снег по пути и подбрасывая его вверх, устремилось атакующее заклинание. Последние сомнения в том, что это не обычный отряд фострцев развеялись. Двух магов в одном патруле не бывает, тем более не просто видящих, а такого же уровня что и Лилиана.
Сабли вытащить Ронин не успевал и воспользовался, почти инстинктивно, приобретенной способностью. Из левой руки хлынул конический фонтан огня навстречу вражеской атаке. Это и спасло его. Плетение развеялось, встретившись с огнем, снег в секунду растаял, оставив после себя испаряющуюся лужу.
Он едва успел восстановить зрение после яркой вспышки — отрицательный момент в применении его умения — и вытянуть меч из ножен, чтобы отбить стрелу, выпущенную в него стрелком. Увернуться попросту не успел бы.
Мечник мельком посмотрел на лезвие, снаряд оставил на нем полукруглую зазубрину с покрытыми копотью краями. Чуть дальше закаленная сталь словно проржавела. А стрелы тоже артефакты…
«Да что же я?!» — Ронин вошел в транс и от второй стрелы сумел уйти перекатом.
Теперь ему нужно добраться до Лилианы. Стоит только коснуться ее, и медальон разрушит наложенное вражеское заклинание. Добраться до волшебников самостоятельно он уже не надеялся, слишком неравны силы.
Ветер доносил звуки спускаемой тетивы, сильным потоком доставляя еще и стрелы. Они ложились уже по направлению его бега — поняли, куда сержант стремиться.
До чародейки оставалось всего десять шагов. Он мог прикрыться от обстрела за наемниками, которые шли по диагонали вправо и оказались на линии обстрела между Лилианой в конце цепочки и фострцами, однако сержант не стал ими так рисковать, а резко свернул и побежал прямо, лишь поравнявшись с девушкой устремился к ней.
Три ярда. Вилять от метких стрел уже не было смысла. Приходилось больше внимания уделять их приближению, которое затормаживалось около Ронина. Очевидно, маг мешал своему стрелку собственным заклинанием, но для сержанта это лишь прибавляло трудностей, ведь предугадывать момент для отражения стрелы становилось сложнее. Лишняя заминка на защиту может дорого стоить в конечном итоге. Сейчас каждая секунда на вес золота.
Два ярда. Протяни руку и все, но его резко остановило невидимое заклинание, сковавшее остальных. Казалось, он с размаху влетел в паутину. Движение давалось с большим трудом, словно вражеская магия борется уже не с артефактом на шее, а с физическими возможностями Ронина. Тугое пространство пускало его крайне неохотно, и чем ближе к волшебнице, тем тверже воздух. Как погружение в трясину — тебя затягивает, несмотря на все попытки освободиться, отнимающие силу. Только здесь все наоборот — он добровольно тонул в этой пучине, уже почти горизонтально тянулся к руке волшебницы. Густой кисель кислорода снаружи стало невозможно вдыхать.
Боковым зрением Ронин выхватил приближение нового заклинания, полукругом обходящее наемников. Будто гигантский крот выбрасывал выпавший снег в его направлении. Он уже остановил одну такую атаку, но теперь не успевает, ему даже не хватает времени на касание.
Горечь поражения и обиды затопила его сердце, все усилия увенчались крахом. Даже не получится отомстить врагу за проигрыш, это конец. Но взгляд его просиял когда заклинание потеряло темп около Дирта, возглавлявшего ядро колонны. Всего с десяток ярдов, однако скорость плетения очень сильно снизилась. Еще есть шанс и Ронин постарался его использовать на все сто процентов.
Он едва ли не рвал жилы и все же полностью остановился. Сержант перевел взгляд на лицо Лилианы над собой, даже зрачок его шевелился медленно, а веки смыкались так неспешно, что надолго лишали зрения.
Она выглядит беззаботно, беспечно, взгляд устремлен вдаль, но видит Лилиана сейчас, наверное, не фострцев, а нечто иное. Может вид за перевалом, а быть может другие горы, которые им предстояло перейти.
Сержант был похож на замершего в момент старта бегуна, вес полностью перемещен вперед, а ноги в напряжении придают ускорение, вот только рука уже вытянута, словно в попытке дотронуться к финишной черте.
