— Вы понимаете, что признались в убийстве главы великого дома⁈ — взвизгнул Имагава.
Имагава Сора. На вид лет сорок, но лишний вес прибавлял лет. Я мало что знал о нем, но они были первыми, кто поддержал Ода и отвернулся от Такеды, своего давнего союзника.
— Объяснитесь, Игорь-сан, — более сдержанно потребовал Нобуо Ходзё.
Этот вызывал больше уважения. Крепкий, хоть и не молодой, с цепким опытным внимательным взглядом. Изаму рассказывал, что Нобуо лично пришёл к нему, чтобы сообщить о своём решении разорвать союз, и дал клятву не поднимать оружие против него.
— Хаттори Мичи напал на меня два дня назад. Он заключил меня в тюрьме близ Нагахамы и намеревался сдать британскому командованию.
Де Клер как раз должен был обеспечить эскорт в Киото. Собирался везти сушей прямиком к генералу.
— И зачем ему совершать такую глупость⁈ — не унимался Имагава.
— У вас есть доказательства ваших слов? — перебил его Такаши.
— Да.
Я расстегнул пуговицу на запястье и засучил рукав, показав перебинтованное предплечье. Медленно размотал его и показал три тонкие полосы чёрные полосы ран. Они заживали довольно быстро, и я даже не чувствовал боли.
— И что это доказывает? — фыркнул Имагава. — Какие-то мелкие царапины…
— Это Хаттори, — кивнул Такаши, прервав его.
Все посмотрели на него с удивлением. Другим, видимо, не доводилось встречаться с Хаттори или пережить эту встречу. Но Ода сразу распознал почерк своего вассала.
— И если вы живы, значит, он мёртв.
Имагава наконец-то заткнулся, а Изаму окончательно напрягся, поглядывая на Ода.
— Зачем он так поступил? — продолжил я, заматывая руку обратно. — Потому что хотел усидеть на двух стульях.
Отвечал я на вопрос Соры, но смотрел в глаза Такаши. Тот знал и о мотивах своего вассала, по реакции понятно. Но знал ли о замысле — вот главный вопрос. Может, сам приказал меня похитить или Мичи действовал с молчаливого согласия?
Похоже, такие вопросы возникали не только у меня. На Такаши обернулись остальные главы домов, и ему пришлось держать ответ:
— Я… не знал о намерениях Мичи, — хмуро произнёс он. — Приношу свои глубочайшие извинения, господин Разин.
Ода склонил голову и замер в такой позе на несколько секунд. Имагаве это явно не понравилось, и гадёныш презрительно скривил рот. А вот Ходзё с Токугава задумались ещё сильнее.
Не знаю, о чём они думали. Но я думал, что Такаши знал куда больше про своего вассала, чем хочет показать. Надо бы его расспросить при случае. Желательно, наедине.
Когда Ода выпрямился, я продолжил говорить. И старался убедиться в собственных доводах, наблюдая за его реакцией:
— Британские власти подкупают самураев золотом и властью. Там нет императора Японии, а император Великобритании находится слишком далеко. Однако у всего есть своя цена, и Хаттори хотел, чтобы я избавил японцев от необходимости её платить…
Пока всё было верно. Такаши нахмурился, будто слышал подобные слова ранее. Поэтому я решил изложить свою самую главную догадку:
— Хаттори Мичи хотел, чтобы я занялся магоснабжением по ту сторону границы. Хотел избавить от страданий простой народ и сохранить вековые традиции, которыми вы так дорожите.
Я рассказал о своих злоключениях и поведал, как собственными глазами видел колонну японских рабов. Это не были преступники — просто люди, которых забрали из домов, заковали в колодки и хотели отправить на каторжные работы. Если верить словам ирландца, такое происходило повсюду. А врать ему смысла не было.
Думаю, Хаттори хотел остановить это. Но не хотел лишаться собственных привилегий. Он решил, что если я попаду в лапы британцев, то смогу избавить японцев от такой страшной участи. Без меня необходимость спешки исчезнет. На время, но это позволит сделать то, чего добивался Смит.
А вот, кстати, настало и его время говорить. Я кивнул Оливеру и сказал:
— Я привёл человека, который собственными глазами видел, как истязают ваш народ.
Оливер выступил вперёд, прочистил горло и представился:
— Меня зовут Оливер Смит. Главный инженер армии Его… кхм… Бывший главный инженер армии Его Величества…
━—━————༺༻————━—━
— Что-то они долго совещаются, — вздохнул я.
— Они не ценят саму возможность свободно совещаться и принимать решения, — горько улыбнулся Оливер. — Генерал осыпал самураев привилегиями и деньгами, но стоило кому-то из них возразить, следовало жестокое наказание. Это я и пытался донести.
— Надеюсь, у тебя получилось.
Мы с Оливером ожидали в комнате, отведённой мне как гостю собрания. Ода даже позаботился установить здесь нормальную кровать. Как жаль, что мне не довелось ею воспользоваться…
После нашего выступления главы великих домов помрачнели. Заткнулся даже Имагава. Особенно реакцию вызвало, когда Оливер расписал им перспективы отношений с британцами.
