Сержант не сплоховал, и уже скоро я сел на торце стола. Справа оказался Медведь с близнецами, слева Хидзаши с Изао и Сакоку.
Самураев зачисляли минимум в младшие офицеры. Изао и Хидзаши, как главы домов, должны были получить капитанские погоны, но отказались, чтобы попасть в мою роту. Медведь с близнецами стали старшими сержантами, и вот это им подходило как нельзя лучше.
Если им дать офицерские звания, я даже не знаю, чего ожидать. Либо мы на следующий день завоюем весь мир, либо развалят нашу армию за пару часов.
Суп был простой, но сытный. С курицей, картошкой и мелкой вермишелью. Классика.
Я с удовольствием приступил к еде, прежде подав команду подчинённым. И даже успел приступить ко второму, когда вдруг поднялся шум и грохот разбитой посуды.
— Слышь, ты чё⁈ А ну иди сюда, падла!
Невольно обратил внимание на какого-то то ли пьяного, то ли чем-то обиженного офицера, лейтенанта, который схватил за грудки беднягу-японца из местных, который как раз принес еду для его подразделения.
— Засранец, ты испоганил мой китель! Ты хоть понимаешь, что натворил, а⁈ — прорычал офицер с дикой злобой во взгляде.
Медведь тяжело вздохнул, взглянув на меня. А вот я заметил, как японцы из нашей армии, да и прочие служивые косились в его сторону. Особенно, конечно, японцы.
Что ж, рис был вкусным. Жаль, не успел доесть. Но кому-то за это придётся поплатиться.
Я встал и направился к источнику шума. Заметил, как несколько японских лейтенантов остановились от того, чтобы рвануть с мест, когда увидели меня. Кажется, там была пара знакомых лиц, они же подали сигнал остальным.
Я остановился за спиной у… Капитана? Тоже решил отобедать с солдатами, что ли?
В общем, похлопал по плечу максимально вежливо попросил:
— Отпустите парня и… захлопните пасть, господин капитан. Вы поганите честь мундира.
Капитан замолчал. Причём, судя по всему, скорчил такое устрашающее лицо, что японец аж пискнул от страха. Но затем с облегчением выдохнул, когда его отшвырнули назад, в край стола. Посуда громыхнула, а капитан медленно, сжимая пальцы в кулак, повернулся ко мне.
— Ты кто, сука, такой, мр-р-разь⁈
У-у-у-у-у… всё понятно. Так несёт перегаром, у меня аж глаза чуть не прослезились.
— Граф Игорь Сергеевич Разин. Прошу вас представиться. Думаю, у нас…
— Граф Бродский, — гаркнул тот в ответ. — Дуэль!
Опа, сразу к делу! Это мне нравится. Видимо, он только и хотел подраться, а я, если честно, тоже не прочь. После начала войны неприятный осадок на душе остался, а клин, как говорится, клином вышибают.
— На кулаках, — предложил я далеко не самый популярный для аристократов вариант. — Без магии.
— Идёт! — процедил сквозь зубы Бродский. — До отключки!
Вариант не самый популярный, но он нам был нужен больше всего. Это не вопрос чести, нам нужно выпустить пар, а для этого швыряться магией или бренчать клинками не стоит.
Короче, мы просто договорились подраться на виду у всех.
Моя команда, естественно, последовала за нами. Не все сразу, правда… Медведь сначала быстро доел, затем остановил бойцов, уже решивших последовать за нами. Мол, не нужно слишком много глаз. И успел направиться к выходу как раз в тот момент, когда я бросил в него укоризненный взгляд, остановившись в дверях.
Вышли наружу, в грязный истоптанный проулок. Наледь сошла, и скользкая земля начала хлюпать под ногами. В принципе, погода подходящая для такого дела.
Кристаллы передали своим людям. А один из офицеров, что выбрался за нами, вызвался быть секундантом и попытался объявить согласованные правила дуэли, однако Бродский отпихнул его в сторону и кинулся на меня с кулаками.
Надо признать, он был неплох, даже несмотря на нетрезвое состояние. Видно, что горазд махать кулаками, и даже ноги подключал в связках, но для меня это сейчас выглядело слишком медленно и неуклюже. Быть может, когда протрезвеет…
БАХ!
Подловил меня! Так извернулся и ударил с разворота кулаком. Пьяный мастер, чтоб его за ногу!
А вот за ногу и подловим. Движения засранца выглядели неуклюжими, но в них явно была какая-то своя логика, которую я жёстко обломал мощным ударом под колено.
Бродский рухнул в грязь и только успел выставить руки, погрузившиеся по запястье в лужу.
— Сука!!! — зарычал он, снова бросаясь в драку.
Но крик получился каким-то… странным. С примесью дикой душевной боли. И она явно не имела отношения к удару, который так отсушил ногу, что та волоклась следом за своим хозяином. А затем я увидел раскрасневшееся, искажённое в ярости лицо со слезами на глазах.
Зараза. Похоже, тут что-то серьёзное. Если его сейчас просто так вырубить, нехорошо как-то получается. А я ещё хотел преподать урок и немного повозить графа по грязи. Так сказать, в качестве профилактики алкоголизма в военное время.
Но решил вместо этого…
— Чёрт.
БАХ!
Снова поймал кулак, но на этот раз специально, с поворотом шеи по направлению удара, поэтому особых следов не останется. С виду наверняка мало кто заметил подставу, так что получилось вполне кинематографично.
— Р-р-р-ра-а-а! — взбодрился Бродский и кинулся на меня с градом колхозных ударов.
