Похоже, у Загорских ещё остались козыри в рукаве…
Что ж, это означает, что действовать надо жёстче. А такое мы умеем, сомневаться не стоит.
━─━────༺༻────━─━
Тук…
Тук…
Тук…
Тук…
Напольные часы маятником отсчитывали время, заполняя тишину просторного помещения. Граф Константин Гроздин стоял неподвижно возле кресла, на котором разместилась княжна Загорская. Ему было очень паршиво на душе. В горле стоял ком. Хотелось то ли рвать и метать, то ли отмыться в ванной, соскребая кожу наждачкой.
«Сеня… Не верю… Неужели ты и правда?..»
— Если Длань сказала, что Приречный — предатель, — тихо, сухо протянула княжна, — то это так и есть, Костя.
В её голосе практически не было эмоций. Они будто высохли. Теперь Гроздин понял, почему княжна так суетилась и спешила разобраться с Разиным самостоятельно.
«Карающая Длань» — особый отряд самого князя, который подчинялся только ему и всегда выполнял своё задание. Константин только слышал о них. И то, что он слышал, больше походило на страшные байки для безумцев, которые решат подвести род Загорских.
Длань посылали в самые тяжёлые места решать самые сложные проблемы. Если к делу приступали они, значит, кто-то не справился. И «Карающей» Длань прозвали так не только потому, что враги рода всегда получали возмездие.
Она наказывала и тех, кто допустил такую угрозу.
Теперь Гроздин понимал, что те слухи о вассальном роде, который был полностью уничтожен из-за грубой ошибки — это правда. Разговоры ходили разные, кажется, они пытались договориться с немцами за спиной князя, будучи торговыми представителями в Берлине.
Но в одно прекрасное утро мир проснулся без следа от их существования.
Даже империя не стала задавать вопросов. Их место заняли другие, получившие наглядный пример, что бывает с теми, кто пытается обмануть Загорских. Но… неужели Сеня действительно предал княжну?
Нет, это было просто невозможно. Константин знал, что его товарищ по уши влюблён в свою госпожу. И был предан настолько, насколько это вообще возможно. Вдруг его мысли прервал скрип дверных петель. В комнату вошёл высокий человек в чёрной форме и чёрной балаклаве, на которой был отпечаток руки.
Елизавета вздрогнула, сжала подлокотники кресла.
Человек пару секунд молча стоял, но затем протянул руку и указательным пальцем показал на Константина:
— Ты. За мной.
Гроздин почувствовал, как подкашиваются колени. Но выстоял. Нервно сглотнул и шагнул вперёд. Вдруг его руку перехватила княжна. Он оглянулся, посмотрел в её испуганные глаза. Елизавета, кажется, хотела что-то сказать, но не смогла.
— Не волнуйтесь, Ваше Сиятельство, — прохрипел Гроздин. — Всё будет хорошо.
Княжна криво попыталась улыбнуться. Получилось у неё это не очень.
Константин вышел из комнаты. Человек в балаклаве провёл его в соседнее помещение, где собрались остальные члены из Карающей Длани. На первый взгляд они выглядели одинаково — форма, снаряжение, отпечатки рук. В комнате к тому же был выключен свет, поэтому в полумраке от уличных фонарей сложно было их даже разглядеть.
Однако Константин мог различать их по мелким деталям в снаряжении, голосу и внешности. Например, тот, кто его привёл, был высоким и жилистым. Его звали Стилет. Голос — молодой, наглый, будто с постоянной ухмылкой.
— Я привёл его, Перун, — кивнул он человеку, который стоял в центре комнаты, с убранными назад руками.
Перун.
Это был их лидер, самый грозный и опасный. Он же пугал до усрачки любого, кому приходилось просто стоять рядом. Он был чуть пониже Стилета, но явно крупнее и мускулистее. Гроздин остановился напротив него, а Стилет проследовал дальше и встал позади своего командира, рядом с остальными.
Перун махнул рукой, и вперёд вышел третий человек. Заметно меньше Перуна, с кривыми короткими клинками в качестве холодного оружия. Его звали Аштар.
— Говори, — бросил Перун.
— Ну, попробовал я их на зуб… Что сказать — крепкие ребята. Но ты нас подвёл, граф!
От этих слов у Константина перехватило дыхание.
«Неужели они заметили? — промелькнуло в голове. — Нет, нет, не может быть. Я ведь сделал всё очень тонко».
— Почему? — спросил Перун.
— Там была девчонка, Азуми. У неё было время, чтобы предотвратить взрыв.
Константин выслушал это и не знал, что чувствовать. Он очень испугался за себя, но вместе с этим накатила волна облегчения — всё-таки Арсений выжил.
Он же выжил, верно?
— Интересно, интересно… — протянул четвёртый человек, стоявший позади. По грубоватому низкому голосу Гроздин узнал в нём Драуга. — И ты, значит, допустил это, Аштар?
— Взрыв должен был начаться двумя секундами раньше, всё было выверено под это, — пожал тот плечами.
Пот облил Гроздина. Да, его всё-таки раскрыли. Он… Он не мог просто взять и обречь старого товарища на смерть, поэтому оставил маленький шанс выжить. Допустил незначительную ошибку, чтобы немного отсрочить смерть. Вдруг этого хватило бы, чтобы сохранить ему жизнь?
Похоже, хватило. Вот только цена…
— Что скажешь в своё оправдание? — спросил Перун.
