Надо как-то сил набираться, опять на шее у родителей какое-то время сидеть придётся. А дальше не знаю, что делать буду. Завтра меня выписывают, мама встретит и поедем домой. Позвонишь? Телефон мой старый есть? И ты мне свой прямо сейчас напиши, а то у меня дома всё теперь по-другому, боюсь, старые записи долго искать придётся.
На следующий день вечером Нина после работы приехала к Алексею домой. В доме и без Алексея было тесновато, потому что в результате покупки квартиры для Светы его старший брат с семьёй переехал к родителям. Но, к счастью, его жена легко ужилась со свекровью, да и за ребёнком присматривать было проще.
Алексея разместили на диване в комнате родителей, и вся семья собралась там на ужин и на Нинкины смотрины.
Мама наготовила кучу вкусной еды – надо было откармливать пострадавшего блудного сыночка. Нина принесла коробку шоколадных конфет, отец достал заветную бутылочку коньяка. Никто не вспоминал о неудачном вояже Алексея в Америку, избегали каких-либо разговоров о его бывшей жене и детях.
Чувствовалось, что симпатичная весёлая Нина всем понравилась. Она с юмором рассказывала о своей работе в мэрии, отец вошёл в раж и стал вспоминать истории из своего армейского прошлого.
Мама достала альбомы с фотографиями и показывала, какой Алёша был в детстве и дальше, в институте, до отъезда в Америку. Оттуда, из Штатов, фотографий не было, да и ладно.
Зато нашлись фотки, где был заснят весь отдел Алексея, и, по общему мнению, «Ниночка-то совсем не изменилась, ещё лучше стала». В общем, все остались довольны, кроме Алексея: ему не удалось наедине поговорить с Ниной, и он вышел её провожать.
Ехать с ней до её дома Нина ему запретила, слабоват ещё, да к тому же на улицах совершенно безопасно, народу полно – белые ночи ещё не закончились. Метро работает, доберётся без приключений. Договорились, что через пару дней она к нему приедет, когда родители будут на даче.
За те несколько дней, что Нина не виделась с Алёшкой, она развила бурную деятельность: связалась со всеми старыми сотрудниками, чьи телефоны смогла найти, и кое-что выяснила. Про приезд Алексея на всякий случай пока никому не сказала.
Он ждал её прихода с нетерпением. Удивлялся на себя, насколько прочно эта женщина вошла в его жизнь за те несколько дней, что прошли с момента их встречи.
И ведь как странно всё сложилось: сначала события в его жизни развивались по ниспадающей, всё хуже и хуже, потом совсем плохо – Светкин полёт в Петербург, скандалы, инфаркт с реанимацией, а потом вдруг раз – и всё исправилось. Как только Нина появилась в его палате, он понял: чёрная полоса кончилась, надо начинать жить заново. Встреча с ней даёт ему такой шанс.
Каким-то необъяснимым образом судьба свела в одну точку Свету, которая в огромном городе отыскала Татьяну, а та, в свою очередь, по наитию прислала к нему в больницу Нину.
Да и на родину он возвращаться не планировал, не видел в этом для себя возможности, а так – раз, и прилетел, и от Светки теперь свободен. Денег только нет, что заработал за четыре года – всё осталось в Штатах. Ну и пусть. Детям всё равно он должен что-то дать, пока пускай этими деньгами пользуются, а дальше видно будет.
Нина пришла вечером, когда брат Алексея с женой были уже дома. Их ребёнок бегал из комнаты в комнату, показывал дяде Алёше и тёте Нине любимые игрушки, так что их уединение было весьма относительным.
Нина в перерывах между набегами племянника и его родителей рассказала Алексею, что ей удалось узнать.
– Марьяна – они с Витькой поженились уже давно – сказала, что примерно год назад она звонила Володе, мужу Жени. Не хочется тебе лишний раз всё это напоминать, но ничего не поделаешь, слушай, – начала Нина.
– Мне от этих воспоминаний всё равно никогда, наверное, не избавиться, так что говори, хуже уже не будет, – ответил Алексей.
– Так вот, – продолжила Нина, – Володя ей тогда рассказал, что незадолго до её звонка он в очередной раз обратился в полицию с запросом, как обстоит дело. А ему ответили, что дело закрыто в связи с отсутствием состава преступления, так вроде это звучит? В общем, никаких данных, что Женю убили, в деле нет, а есть заключение, что она сама упала, ударилась и умерла. То есть произошёл несчастный случай. Больше ни он, ни родители в полицию не обращались.
Алексей молчал.
– То есть дело закрыто, ты понимаешь? – говорила Нина. – Ты вот вроде хотел признаваться идти, а кому это нужно? Все это всё уже давно забыли. Володя женился снова, ребёнок у него будет или родился недавно, не знаю.
Полиция дело похоронила и, естественно, без серьёзных оснований поднимать его не захочет, мало ли у них таких дел! Если только твоя бывшая снова в бешенство не впадёт и не приедет сюда, чтобы тебя посадить, ничего никогда уже не всплывёт, – втолковывала Алексею Нина.
– Если приедет… – задумчиво сказал Алексей. – Тогда мне придётся защищаться, у меня улика есть против неё – футболка с пятнами крови. Ещё был конкреций, которым Светка Женю убила, с её отпечатками, наверное, но его Татьяна выбросила.
