Магнус, захваченный русским отрядом в Аренсбурге, переступал с ноги на ногу, пытался накинуть маску беззаботной уверенности. Что швед, что датчанин, московским воинам, не посвященным в дипломатические тонкости, было одно. Царь же отличал. Приняв пленника, Он обнял принца, повез его другом за собою, как до того. Принц принял образ приветливой сдержанности. Не смея осудить, глядел, как свершалась месть за убиение Малюты-Скуратова: в Ливонии дозволили грабить дома, убивались жители, бесчестились девицы. Капеллан Шраффер подсказывал Магнусу оправдания. Уже дошли вести о Варфоломеевской ночи в Париже, когда французский король перебил в три дня до семи тысяч своих подданных-иноверцев, осуждать ли русского государя умертвившего менее за полноту царствования, не отягченного грандиозным фейерверком, устроенным римским папой Григорием XIII в честь «победы на Сене»?
Иоанн, явившийся в Новгороде, справлял свадьбу принца с юною Мариею Владимировной. Жаловал зятю с племянницей ливонский городок Каркус со следующим словесным и письменным напутствием: «Король Магнус, иди с супругою в удел, для вас назначенный. Я хотел ныне же вручить тебе власть и над иными городами ливонскими вместе с богатым денежным приданным, но вспомнил измену Таубе и Крузе, милостями нашими осыпанных. Ты сын венценосца и следственно могу иметь к тебе более доверенности, нежели к слугам подлым, но и ты – человек! Если изменишь, то золотом казны моей наймешь воинов, чтобы действовать заодно с нашими врагами, и мы принуждены будем своею кровию вновь доставать Ливонию. Заслужи милость постоянную, испытанную верностью!» Об обещанной Старице не было и речи.
Огорченный недоверием и урезанным жениным приданным Магнус уехал в Каркус, а оттуда – в Оберпален. Не предпринимая ничего, не имея к обеду и трех блюд, еще ожидал короны всей Ливонии. Сажал на колено тринадцатилетнюю жену, забавлял ее погремушками, катал на деревянном коне, кормил с ложки сластями. К неудовольствию охранявших или стороживших ее воинов–россиян одевал в датское или немецкое платье с блондами и кружевами. Заставлял ходить простоволосую, искусно причесанную. Не кланяться, но приседать с поклоном. Принц ждал месячин, которые не устоялись у младой супруги. Наследник был не скор.
