Иоанна I полностью

Карл ничего не оставил на волю случая и на следующее утро приступил к осаде Кастель-Нуово. Используя требюше, он обстреливал замок каменными ядрами, пока его саперы вели подкоп под стены. Когда ядра закончились, венгры стали забрасывать крепость нечистотами и прочей грязью, включая трупы убитых, пытаясь запугать тех, кто находился внутри. Многие из защитников замка, в результате этого обстрела, были убиты и ранены. Однако Иоанна могла бы выдерживать осаду еще несколько месяцев, если бы не впустила в замок пятьсот своих подданных, включая двух оставшихся племянниц, Спинелли и других членов ее правительства, а также двух кардиналов, оставшихся в Неаполе после возвращения Климента в Авиньон. "На следующий день Карл осадил Кастель-Нуово, где, кроме герцогини Дураццо [Жанны] с Робертом д'Артуа, ее мужем, находились почти все знатные дамы, которые из-за искренней привязанности к королеве боялись, что с ними плохо обойдутся; кроме того, там было огромное количество дворян с семьями, что и послужило причиной падения замка. Королева, отчасти из-за мягкости своего характера, а отчасти надеясь, что из Прованса быстро прибудут обещанные ей галеры, приняла и кормила их всех провизией из замка, которой, возможно, хватило бы гарнизону на шесть месяцев, но она была съедена за один"[402], — вспоминает Джанноне.

Между тем осада продолжалась, и к третьей неделе августа запасы продовольствия истощились настолько, что стало ясно: если помощь не придет достаточно быстро, люди, укрывшиеся в замке, будут вынуждены сдаться или погибнуть от голода. И все же королева в свои пятьдесят пять лет верила, что сможет повторить опыт своей молодости, снова отправившись в Авиньон, чтобы предстать перед папским двором и обратиться за помощью. "Она не только намеревалась совершить побег, но и лично отправиться, чтобы убедить Папу Климента оказать ей помощь, и вернуться вместе с приемным наследником [герцогом Анжуйским] и изгнать врага"[403]. 20 августа, чтобы выторговать время, Иоанна отправила личного эмиссара, графа Сан-Северино, к Карлу Дураццо, чтобы договориться об условиях перемирия. Карл согласился дать ей пять дней, "по истечении которых, если герцог Оттон не придет, чтобы освободить замок и снять осаду, королева должна будет отдаться в его руки"[404].

Чтобы побудить королеву к капитуляции, Карл в качестве рыцарского жеста выразил заботу о ее персоне. "Когда Сан-Северино вернулся с этими условиями, Карл послал за ним нескольких слуг с подарком королеве — птицей, фруктами и другими яствами — и приказал ежедневно присылать все, что она сочтет нужным потребовать для своего стола. И более того, в свое оправдание он [заявил], что искренне почитает ее как королеву, и будет и впредь так поступать и уважать ее; что он не стал бы завоевывать королевство силой оружия, а подождал бы, пока оно перейдет к нему по наследству, если бы не видел, что герцог, ее муж, держит мощную армию и отсюда ясно, что он [Оттон] был бы в состоянии сохранить владение королевством и лишить его [Карла] единственного представителя рода Карла I, законного наследства"[405]. Реакция Иоанны на это бесхитростное объяснение неизвестна, но, скорее всего, она просто была заинтересована в том, чтобы добиться, пусть даже незначительной, отсрочки капитуляции. Прошел первый день из пяти, затем следующий, и следующий, а корабли из Прованса все не появлялись.

И вдруг на четвертый день Оттон нанес удар. Спустившись из замка Сант-Эльмо, откуда открывался вид на город, он со своими всадниками устремился к Пьедигротте и набережной, чтобы прорвать осаду и открыть путь снабжения Кастель-Нуово. Однако венгры быстро собрались и выступили навстречу. Неаполитанские войска под командованием Оттона "сражались с такой отвагой, что долгое время исход битвы был неясным. Наконец герцог [Оттон] бросился вперед к королевскому штандарту Карла с такой отчаянной отвагой, что никто не решился за ним последовать; так что, будучи окруженным лучшей вражеской конницей, он был вынужден сдаться в плен, а, его армия, потеряв командира, была разгромлена"[406].