Иоганн Гутенберг полностью

Но большинство ученых с этим не согласно. Это слишком радикальная точка зрения. Факты, в лучшем случае, говорят об обратном, поскольку упомянутая страница была найдена не в Страсбурге, а в Майнце. Подробный анализ шрифта Готфридом Цедлером в 1904 году показал, что «Книги Сивилл» были напечатаны в одно время с «Донатом», а это, в случае правоты Капра, должно означать, что работа над «Донатом» тоже была начата в Страсбурге, чему нет никаких доказательств. Нет также никаких свидетельств, доказывающих утверждение Капра о внезапном повышении интереса к пророчествам во время восхождения на престол Фридриха III. «Книги Сивилл» всегда были популярны, и в начале XVI века, когда свет увидели несколько десятков их печатных изданий, они все еще пользовались большим спросом. И наконец, тесты, проведенные в Калифорнийском университете в Дэвисе в 1984 году, показали, что краска была той же, что использовались для печати Библии в 1452—1454 годах. Таким образом, нет никаких доказательств того, что книгопечатный процесс происходил в Страсбурге, и, если мнение большинства верно, подобных доказательств не будет никогда, потому что этого никогда не было. «Книги Сивилл» печатались в Майнце примерно в 1450—1454 годах вместе с Библией.

Итак, Библия.

Эта идея, конечно же, возникла не на пустом месте. Она стала кульминацией реформ, которые Николай Кузанский инициировал в предыдущем десятилетии и которые он осуществил после того, как стал кардиналом. В мае 1451 года, перед съездом 70 аббатов-бенедиктинцев под его председательством в Майнце, Николай подчеркивал, что в монастырских библиотеках должны быть качественно переведенные и отредактированные Библии. Как ему к тому времени уже должно быть известно (ведь Гутенберг в течение последних трех лет работал в городе), был лишь один способ реализовать это – отпечатать Библию с единого первоисточника, зафиксированного в металле и позволявшего избежать каких-либо ошибок или местных вариаций.

Но это не значит, что Николай Кузанский дал официальные указания. Он не являлся инициатором проекта. Если бы это было так, тогда имели бы место папское одобрение, обмен письмами, оплата. Но в 1454 году, как минимум, один приближенный к Николаю и к папе прелат выразил свое удивление, узнав о существовании печатной Библии. Однако, возможно, между Гутенбергом и Кузанским были какие-то неформальные договоренности.

Сценарий мог быть следующим.

Гутенберг получает приглашение на частную аудиенцию у своего старого знакомого. Он попадает во временную резиденцию Николая Кузанского через черный вход. Его преосвященство кардинал вспоминает об их студенческих годах и как они мечтали о том, что когда-нибудь вся христианская Европа (а может, и весь христианский мир, включая Византийскую империю, над которой нависла угроза) будет петь, читать и молиться, используя одни и те же тексты. До него дошли слухи, что подобное стало технически возможным и что Гутенберг, вероятно… Да-да, говорит Гутенберг, ведь он как раз приблизился к этому. Кардинал улыбается в знак одобрения. Иоганн мог быть уверен в том, что, если его попытки увенчаются успехом, он получит поддержку самого папы и, естественно, постоянные заказы на печать миссалов, хоровых книг и, если на то будет воля Божья, Библии. Гутенберг мог намекнуть, что ему было бы проще услужить кардиналу и Богу, если бы он получил хоть небольшой аванс. Ах, если бы! Ведь затраты на тур кардинала по Германии слишком велики. На данном этапе святой отец больше ничем не может помочь. Конечно же, если Иоганн издаст Библию, изготовленную с помощью этого нового искусства, то Николай как епископ приобретет ее для своей церкви в Бриксене. Гутенберг удаляется, ничего не подписывая. Хотя у этой сцены не было свидетелей и Николай, будучи превосходным политиком, не давал громких обещаний, Гутенберг тем не менее уходил, уверенный в том, что получит поддержку Церкви. Возможно, у этой встречи и было какое-нибудь документальное подтверждение, поскольку Николай Кузанский действительно купил копию Библии Гутенберга для Бриксена – сейчас она находится в Вене.