Венеция, где было 150 прессов, являлась книгопечатной столицей не только Италии, но и всей Европы. Успех пришел к ней по многим причинам. Она была городом-государством, оставшись в стороне от династических войн соседей и сохранив независимость. Географическое положение Венеции было особо выгодным для сухопутной и морской торговли, благодаря чему она стала самым богатым городом Европы. Венецианские корабли плавали в грекоязычную Византию. Поэтому, когда в 1453 году турки захватили Константинополь и превратили его в Стамбул, византийские ученые бежали именно в Венецию, образовав здесь общину ученых-эмигрантов «Школа и греческая нация». Падение Константинополя было большой катастрофой для христианского мира, но в то же время оно дало толчок развитию науки в Европе. 29 мая 1453 года стало одной из немногих дат, которые я запомнил навсегда, потому что это был день рождения Ренессанса – день, когда европейцы начали мыслить и рисовать правильно. Этому историческому анализу недостает деталей, но он подчеркивает, что закон непреднамеренных последствий, который обычно утверждает, что действия, исполненные благих намерений, иногда прокладывают дорогу в ад, может также означать противоположное. Так было и в этом случае. Приток греков с их манускриптами подсказал ученым и художникам Ренессанса, что в поиске своих классических предшественников им следует лучше изучить собственные долатинские корни, скрытые в трудах древних греков.
Венеция, где было 150 прессов, являлась книгопечатной столицей не только Италии, но и всей Европы.
Один из таких ученых – скромный провинциал Теобальдо Мануччи, который в 1480 году обучал молодых принцев Альбер-то и Лионелло Пио из семейства Карпи. Теобальдо, получивший образование в Риме и Ферраре, был знаком с дядей мальчиков, принцем Джованни Пико делла Мирандола. Пико был очень богатым и выдающимся человеком, который свободно владел не только латинским и греческим языками, но также арабским языком и ивритом – это удивительная образованность для молодого человека, ушедшего из жизни в возрасте 31 года. Через Пико Теобальдо Мануччи, чье имя было латинизировано как Альд Мануций, познакомился с его другом, венецианским ученым Эрмолао Барбаро.
В Венеции, где тогда было уже столько книгопечатников, книг на греческом языке никто не издавал.
В Венеции, где тогда было уже столько книгопечатников, что из-за конкуренции многие из них вынуждены были бросить свое дело, Альд нашел нишу на рынке. Хотя на греческие исследования был огромный спрос, книг на этом языке никто не издавал. У местных греков не было технологии, а их письмо не было стандартизировано. Скромный преподаватель греческого языка посчитал это ужасным недостатком. Как же классическая литература могла способствовать развитию образования, если не было текстов? Теперь его задача была ясна. Альд Мануций нашел спонсоров, среди которых оказались и его бывшие ученики, разработал шрифт, вырезал пунсоны и приступил к делу. Это, конечно, было рискованное предприятие, но затраты и оригинальность позволили ему получить право на 20-летнюю монополию на издание греческих книг. Получив подобные гарантии, он с 1495 по 1498 год опубликовал пять томов произведений Аристотеля, после чего начал издавать десятки других классических трудов, соответствовавших наивысшим стандартам, поэтому его наборщики и корректоры греческого текста обязательно должны были владеть классическим греческим языком. Благодаря верности Альда своему делу, его программе и стандартам Дом Альда стал ведущим книгопечатным издательством Венеции, а начатая им традиция издания греческих книг продолжалась до конца XIX века.
Все это позволило мне подойти к рассмотрению одной из самых безумных и самых прекрасных книг за всю историю книгопечатания. У нее красивое и труднопроизносимое название – «Гипнэротомахия Полифила» (
Эта книга – своего рода пасторальная фантазия, в которой влюбленный герой ищет, преследует и сопровождает свою возлюбленную Полию в различных местностях и зданиях, в чем ему помогают нимфы. В конце, когда кульминация кажется неизбежной, Полия растворяется в воздухе.
Сюжет книги таков. Полифил засыпает в лесу и на протяжении большей части книги видит сон. В этом сне Полия по просьбе нимф рассказывает свою историю, продолжающуюся до того момента, когда она встречает Полифила и жрицу, желающую услышать историю Полифила, в которой тот рассказывает о мнимой смерти, видениях и пробуждении в объятиях Полии. Но он все еще видит сон, в котором Полия заканчивает свой рассказ. В этот момент они обнимаются и Полия исчезает. Полифил просыпается. Конец.
