– Их всего три. У первого помощника, у начальника хозчасти и у меня. Свой я не выпускал ни на минуту с того момента, как взошел на борт, и могу гарантировать, что начальник хозчасти и первый помощник ровно то же скажут про свои ключи. Владеть универсальным ключом – серьезная ответственность, герр Майсснер. Могу вас заверить, что их не оставляли без присмотра. Что же касается личностей первого помощника Вейдта и завхоза Йоханссона, я им доверю свою жизнь. Если только, – Штен нахмурился, – вы и меня не подозреваете.
– Подозреваю, капитан, но исключительно ради полноты картины – точно так же вам стоит подозревать меня. Что же касается реальных подозреваемых… У нас был лишь Зорук, да и то лишь из-за пореза на запястье. Мы не знаем ни мотивов, ни средств, ни возможностей, и они продолжают ускользать от нас. – Тут Кабала осенило. – Скажите, капитан, вы закончили проверять остальных на предмет ранения?
Штен кивнул.
– Ни у кого не было порезов, только у Зорука. Знаете, даже если вы правы и ДеГарра убили, Зорук мог быть к этому непричастен, но он мог быть тем, кто напал на вас. Его. – Штен прокашлялся. – Допустим, его спутница тем вечером уснула. Ненадолго, но так, чтобы ему хватило времени обнаружить шахту и отправиться на поиски.
– Вы считаете, это вероятно?
– Нет, если два события никак не связаны, но ведь Зорук мог быть в сговоре с кем-то? Он попался на удочку. – Капитан снова закашлялся. Похоже, он никак не мог использовать имя леди Нинуки, когда говорил о столь отвратительных поступках, как будто тем самым предал бы ее. – Он поддался на уловки своей спутницы, что обеспечило ему алиби.
– Которым он не воспользовался.
– Которое ему не потребовалось. Он бы не называл имен, пока ему это было выгодно, тем самым его еще больше расценили бы как джентльмена, ведь он молчал, пока у него не осталось выбора.
– Интересная мысль, но есть одна проблема.
Штену его собственная гипотеза очень нравилась, поэтому он хмуро посмотрел на Кабала.
– И какая же?
– Она лежит у ваших ног. Если все было частью плана, зачем вешаться?
У Штена не нашлось ответа, и он пожал плечами.
– Простите, капитан, – сказал Кабал. – Мне думается, что он не совершал самоубийства – Зорука убил предполагаемый сообщник, вероятно, чтобы у него не было возможности переметнуться на другую сторону. Однако вы утверждаете, что в эту каюту нельзя было попасть. Если вы правы, то теория хромает.
Штен поднялся, бросил взгляд на дверь и скрестил руки на груди:
– Замок можно взломать.
Кабал кивнул:
– Действительно, – глухо и чуть опечаленно произнес он, как будто лично сталкивался с подобной неприятностью. Он направился к двери и изучил сперва замочную скважину, затем язычок и ответную планку, а потом снова замочную скважину. – Если его и вскрывали, то делал это профессионал. Я не вижу царапин или других следов, которых быть не должно. Правда, это не исключает того, что замок действительно вскрыл профи.
– Убийца, – медленно промолвил Штен. Кабал поднял брови. – Убийца! – повторил Штен, все больше прикипая к идее. – Обученный киллер! Он, или возможно она, работал с Зоруком. Тот становится явным подозреваемым и пытается уйти из-под огня. Но он не понимает, что сам стал расходным материалом!
– Вам, – строго сказал Кабал, – стоит снизить потребление кофеина и перестать читать бульварные романы. Специально обученные убийцы – в самом деле? Нет, нам надо послушать брата Уильяма из Оккама –
