— Слава тебе Господи, хоть не покалечил никто никого! Этот-то, ясное дело, дурень молодой. А вы-то, господин Неманич, серьезный человек, да из благородных — и с деревенскими мальчишками деретесь.
— Да он меня не шибко старше! — возмутился Ионел и немедля получил от бабки подзатыльник, совсем легкий, почти не ощутимый, но ужасно обидный.
— А вы, значит, думали, что я его от драки отговорю и зачитаю ему вместо вас урок о том, как у молодых ведьм дар раскрывается, — кивнул Кайлен.
— Я, первым делом, думала, что вы по кустам наконец-то прятаться перестанете, — уверенно ответила бабка. — И хоть в гости зайдете познакомиться. Ан вот и не ошиблась!
Кайлен вздохнул. Старая ведьма — это старая ведьма. Манера действовать причудливым обходным путем и получать-таки нужное — не хуже, чем у иных эс ши. А то и позатейливее: люди-то эбед воспользоваться не могут, приходится так соображать.
— Приятно познакомиться, — вполне искренне сказал Кайлен. — А теперь все-таки объясните своему внуку, что происходит, потому что мне он поверит вряд ли.
И Андра объяснила, завершив свою речь сложным вопросом этического характера:
— Нешто лучше с каким-нибудь деревенским балбесом обжиматься по сеновалам?
— Не хочу я никаких деревенских балбесов! Они мне не нравятся! — немедля высказалась Мария, преодолев свое невероятное смущение от того, что ее личную жизнь тут вовсю обсуждают. Кайлен сразу же оценил, что он-то как раз нравится, обнял ее за талию и благодарно поцеловал в висок, от чего Мария снова смутилась, в два раза сильнее, чем раньше.
— Да не переживай ты, — сочувственно обратился Кайлен к Ионелу, — не собираюсь я твою сестру обижать, никак и ничем. Для начала, нужно мозгов совсем не иметь, чтобы с сильной ведьмой ссориться… Результат мне очень не понравится, невзирая на то, что я сам колдун.
Эти слова практически успокоили Ионела, который только что сам всерьез испугался обещанной порчи на диарею. А еще через несколько дней он заявился в лавку Кайлена и, смущенно переминаясь с ноги на ногу, сказал, что ему очень охота на настоящего стрыгоя посмотреть.
Оценив мысленно, насколько хорошо Ионел дерется и как он успешно выследил, куда именно Мария на свидания бегает, Кайлен решил, что такой помощник ему очень даже пригодится. Так что взглянуть на стрыгоя Ионелу удалось уже к осени. Правда, после того случая — который пактных запретов не нарушил, но опасно к этому приблизился — Эйлин по каждому удобному поводу спрашивала, не надумал ли Кайлен дать Ионелу с сестрой подписать Пакт. Но он держался, как исмаилитская крепость Аламут, и рассчитывал, в отличие от нее, не пасть в осаде.
Когда вернулся Фаркаш, Мария уже спала, а вот Кайлен — еще нет. Не то чтобы он волновался: что, в конце концов, с волком ночью в лесу случиться может?.. Скорее, беспокоился, что там Шандор найдет. Но тот на заинтересованные вопросы тихим шепотом таким же шепотом ответил:
— Спите давайте, Неманич, у нас завтра дел полно. Утром все расскажу, — и вступать в дальнейшие дискуссии отказался.
Так что Кайлен, вместо того чтобы спать, еще минут двадцать беспокойно ворочался, рискуя разбудить Марию. Одним словом, колыбельная у Шандора вышла так себе. Впрочем, он и не собирался никого убаюкивать, он сам спать хотел, набегавшись по лесу, а Кайлен из-за этого был вынужден мучиться любопытством до утра… Как все эти скачущие мысли перетекли в глубокий сон, он и сам не заметил. И проснулся уже засветло, потому что в дверь дома от всей души заколотили. Возможно, даже ногой. Он аж сел на кровати, пытаясь сообразить, что происходит.
А пока он соображал, а Фаркаш сонно протирал глаза, дверь распахнулась и на пороге дома явилась Андра. Дожидаться, пока ей откроют, бабка не стала, сразу вошла и громко заявила:
— Просыпайтесь давайте, там еще одного дурака задрали.
На этом месте подскочила и Мария, которая ото всей предыдущей возни тут же перевернулась на другой бок. Через пару секунд сообразила, что она вовсе без одежды, а в доме посторонний мужчина, залилась краской и натянула одеяло по самый нос.
— Кого именно задрали? — наконец сообразил спросить Кайлен, порадовавшись, что сделал это раньше Фаркаша.
— Матея, Ренаты сына, — пояснила бабка, по всему, исключительно для Марии, потому что остальные присутствующие понятия не имели, кто это такие. — Дурень безголовый, к девке под окна потащился среди ночи, дома не сиделось ему… Ну, утром его на краю деревни и нашли, у забора. Точно так же горло у него подранное и живот.
— Ох… — только и сказала Мария из-за одеяла.
— А к лесорубам он, часом, не любил прогуливаться? — тут же спросил Кайлен.
— Так отож, они все одна ватага, — немедля подтвердила его версию бабка.
Тут, конечно, стоило бы спросить, какие дела с лесорубами водит кузнец Горан, но не при Марии же… Позже у него самого спросит.