- Локи ранен, нам нужно срочно вернуться в деревню. Ты привел лекаря? Ты на лошади?
Огун перевел взгляд за плечо друга, туда, где лежал у огня маг, и молча кивнул.
- Есть короткий путь. Через скалу. Местные жители показали мне.
Одинсон решительно кивнул.
- Тогда веди. Только… - Тор был удивлен, что Огун не принес ни целительных камней, ни теплых накидок. Ведь знал же, что младший принц ранен, да и сам он бы от помощи еще вчера не отказался.
- На другой стороне вас будет ждать лекарь.
Одежда Локи оставалось сырой, и брат не просыпался, хотя Тор хорошенько его потряс. Возможно, ему стало хуже, и тогда тем более не стоит терять времени. Он поднял раненого на руки и пошел следом за другом. Конечно, гулять наполовину раздетым по морозу не самое лучшее развлечение. Но совсем скоро они вернутся в теплый дом и поужинают. А значит, волноваться не о чем.
Метель на улице кончилась, явив взору путников черное небо, усыпанное звездами. Тор спешил, стараясь ступать как можно аккуратней, чтобы снова не провалиться. На улице стало будто бы светлее, хотя по ощущениям время едва перевалило за полночь. Ни солнца, ни луны видно не было. Тишину нарушал лишь хруст снега под Торовыми сапогами. Огун шел бесшумно.
Через какое-то время Тору стало казаться, что эта скала по правую руку никогда не кончится, а проклятый краткий путь, которым хотел провести его ван, видимо, исчез.
- Сюда. Уже пришли, - воин махнул рукой и скрылся в темном провале скалы. Здесь было теплее и будто бы светлее. Черный силуэт Огуна мелькал где-то впереди.
- Тор, что происходит?
Тихий голос брата заставил Тора остановиться и перехватить его поудобней.
- Огун привел помощь!
С потолка расселины что-то сыпалось или капало, противно застревая в волосах. В темноте было трудно разглядеть, что это. Тень Огуна мелькала где-то далеко впереди, но его голос раздался совсем рядом.
- Тор, ты должен оставить Локи здесь.
- Что? - Одинсон нахмурился. - Как это понимать?
- Твои глаза тебя обманывают, друг. Тот, кого ты хочешь спасти, вовсе не твой брат.
Огун замер, так же как и Тор, не понимающий, что происходит. Что-то противное продолжало течь сверху, прямо ему на плечо.
- Ты что несешь, Огун? Подойди сюда и убедись, что это Локи!
- Тор, что ты делаешь? - пальцы брата впились ему в драную рубашку, собирая ткань в складки и слегка дергая на себя. Раздался тихий треск.
- Я знаю, что тебе больно это признавать, Тор, но ты не нашел Локи, - Огун вдруг оказался в двух шагах от старшего Одинсона. Его темные, отливающие чуть красным в темноте глаза сочувственно смотрели на друга. - Тебя обманул коварный йотун, подчинил своим чарам. Взгляни на него.
Ван показал взглядом на Локи, и Тор, который готов был врезать вдруг разболтавшемуся воину, все-таки опустил глаза. Чтобы развеять свои сомнения, потом поставить брата на ноги и встряхнуть Огуна, который, очевидно, потерял разум.
И вздрогнул всем телом, чуть не уронив свою ношу.
Это был не Локи! Синяя кожа, покрытая йотунскими узорами, горящие красным глаза, черные острые когти, которые впились в его рубашку. Темные, почти черные губы обманщика растянулись в злой ухмылке, обнажая ряд острых зубов. Из груди йотуна вырвался хриплый смех, и по коже Тора побежали мурашки. Ледяной холод, которого он не почувствовал сразу, теперь проник под тонкую ткань одежды, добрался до кожи и пошел глубже, к мышцам, к сердцу.
Руки Одинсона невольно разжались, и он шарахнулся назад, прочь от проклятого ледяного монстра. Отец всегда говорил, что йотуны коварны и, в отличие от асов, куда чаще пользуются колдовством.
Какая-то дрянь, капающая с потолка, застилала глаза, стекала по лицу.
Было противно и страшно. Если это не Локи, то где же он тогда?
Йотун не поднимался с пола, продолжая зло посмеиваться, глядя на то, как Тор вынимает из ножен длинный изогнутый кинжал.
Он зарежет этого обманщика как жертву, не достойную даже умереть стоя.
- Зачем тебе это нужно, чертов йотун! Вздумал проникнуть в Асгард с моей помощью?
Губы врага растянулись в еще большую улыбку, черные когти скребли по земле, распространяя по полу пещеры иней, превращая камни в обледенелые глыбы. Температура воздуха так резко упала, что Тора затрясло. Кровь внутри кипела, но тело снаружи словно покрылось льдом.
- Знаешь, что я сделал с твоим братом? - дыхание у Одинсона сбилось, сердце колотилось как сумасшедшее. - Слышал бы ты, как он визжал, когда я вытаскивал из его вспоротого брюха внутренности!
- Я выпотрошу тебя, как свинью, за это!
Йотун попытался отползти, но взбешенный Тор подлетел к нему и хорошенько приложил спиной к холодному камню. В ответ мерзавец зашипел, словно змея. Лезвие кинжала прижалось к его шее, готовое вот-вот вспороть податливую кожу.
- Давай, убей меня! Моя голова будет прекрасно смотреться над твоей кроватью, верно?
