- Где тварь?
- Я убил ее, - Локи отодвинул ворот куртки Тора, чтобы получше рассмотреть рану. - Сейчас залечу.
- Погоди, ты не потратишь все силы? - ас отвел руку брата.
- Все нормально. Я только остановлю кровь и сведу края, дальше само заживет.
Пришлось подчиниться. Он чуть отклонил голову в сторону, давая Локи свободу действий. Прохладные пальцы брата опустились прямо на рану, заставив Тора стиснуть зубы.
- Потерпи, ты же суровый воин.
- Угу…
С губ Локи срывались древние формулы заклинаний, и Одинсон почувствовал, как в рану проникают тоненькие ниточки магии: сводя края, останавливая струйки теплой крови и вытягивая боль.
- Так лучше. Больше нигде не ранен?
- Кажется, она схватила за куртку, до кожи не достала.
Локи все равно осмотрел его спину, но дыры от когтей действительно остались лишь на одежде.
- Ребра болят, наверно, сломал, когда упал.
- А голова не болит, раз не жалуешься, - маг провел пальцем по лбу брата, показывая окровавленную подушечку. - У тебя все лицо в крови.
- У тебя, кстати, тоже.
Тор ощупал свою голову и нашел состояние удовлетворительным. Зверюга клюнула его за ухо - отсюда и кровь.
- Я в порядке.
Маг посмотрел наверх, в сторону пещеры.
- Надо бы забрать твой кинжал. Негоже раскидываться оружием.
Они кое-как забрались обратно к выступу. Светящийся шар влетел в пещеру и остановился под потолком. Асы вошли внутрь и застыли.
- Не… Как…
Локи растерянно смотрел на то место, где должен был лежать дохлый зверь. Но никакой твари в пещере больше не было. В луже черной крови, залившей весь пол, лежала йотунша. Из ее груди торчал кинжал, лезвие вошло глубоко в грудную клетку, и рукоять покрылась поблескивающим в магическом свете инеем.
Женщина была без одежды, ее длинные темные волосы разметались вокруг, напоминая черных гадюк. Йотунша была мертва.
- Оборотень… - Тор не то чтобы был уверен в своих словах, но больше ничего в голову не приходило.
Локи опустил волшебный шар пониже и обошел тело со всех сторон. На руках у женщины были порезы, такие же, как и те, что Тор оставил кинжалом на ее крыльях. Волосы пропитались кровью и были опалены, обнажая почерневшую от ожога кожу, - Локина молния.
- У нее на животе только поджившая рана от твоего удара. Это точно она, - Тор указал пальцем на шрам чуть выше пупка. - Выходит, не были они в сговоре с Анхель. И просто йотунша-оборотень решила полакомиться барсами.
Младший Одинсон задумчиво поднялся. Получалось, что Тор не зря смеялся над его версией. Сильная колдунья, превратившаяся в крылатого монстра, убивала детей духа гор…
- Похоже на этот раз ты оказался прав, брат…
- Только не обижайся, ладно? Не все же тебе быть умным.
Тор со смехом хлопнул брата по плечу и, подойдя к трупу, схватился за рукоять кинжала. И тут же с проклятьями отдернул кисть, прижимая ее другой рукой к груди.
- Ты чего?
- Проклятье! Обжигает!
Кожа на ладони моментально потемнела и вспухла.
- Неженка, о закаленный нож обжегся?
Локи усмехнулся. Видимо, магия двух стихий еще осталась на оружии и задела Тора, но ему-то ничего не грозит.
- Стой, не тро…
Старший Одинсон осекся, видя, как брат спокойно взялся за рукоять и одним рывком с хрустом вытащил кинжал из тела покойницы. На его лице была легкая усмешка.
«Не трогай, это йотунский мороз!» - хотел крикнуть Тор, но слова так и остались у него в горле. Рука брата, которой он держал кинжал, начала синеть, покрываться узорами. Такими же, как там, у озера в сугробе, когда Тор нашел его полумертвым.
Синева пошла выше, вот уже на шее… Узоры поползли на лицо, бледные губы окрасились в темный. И когда зеленые глаза стали красными, Тор все-таки сдавленно охнул.
- Ты уверен, что головой не ушибся, Тор?
Локи обеспокоенно смотрел на то, как меняется выражение лица брата. С испуганного на изумленное и в конце на восхищенно-пораженное. Довольно странное сочетание эмоций. Что такого? Локи и раньше заколдовывал оружие, и Тор обжигался или морозился о кинжалы и клинки… Видимо, последствия от удара головой.
- Кто бы говорил, а! Тратить силы на ненужные сейчас фокусы, - ас махнул рукой на облик Локи, - это на тебя не похоже.
- Какие фокусы?.. - маг опустил взгляд на кинжал, который держал в руке.
В металлическом отражении мелькнуло что-то красное, заставив Локи тревожно замереть и медленно, словно во сне поднять оттаявшее лезвие до уровня лица.
На его зеркальной поверхности в тусклом волшебном свете отражались красные йотунские глаза. Его глаза.
Локи отшвырнул кинжал так, словно это была гадюка, и шарахнулся к стене. Тор напрягся - что-то было не так… Нет, все было не так…
- Нет… - брат уставился на свои посиневшие руки, словно видел их впервые в жизни. Словно это были не его руки, и он вообще не понимал, каким образом они оказались прикреплены к его телу.
- Локи? Ты в порядке?
Шаг вперед. В душе скреблись и орали барсы, сигнализируя о том, что случилось что-то крайне плохое. Только вот Тор не понимал, что же пошло не так. Локи не хотел накладывать заклинание?
- Локи, что происходит?
Ас попятился, продолжая с ужасом смотреть на свои руки.
Не может снять?
- Ты не хочешь рассказать, в чем дело?
