За размышлениями время прошло молниеносно. Вот и причал показался. Никто не стоит там, не встречает, помахивая синим платочком, калитка по-прежнему распахнута, тишина и спокойствие. Впрочем, не совсем — опять заорали, уже устало и почти равнодушно:
— Чтоб вас без причастия закопали под стенкой нужника! Чтоб ваша жена была одноглазой беззубой уродиной, прелюбодейкой и каргой! Чтоб у вас одни дочери рождались, и все стали блудницами бесстыдными, а сын пусть будет лишь один, и тот евнух! Чтоб вы умерли самой поганой смертью! Чтоб вас, подохших, чумные кони перетоптали! Господи всемогущий, сделай так, чтобы…
Поток проклятий был по-своему интересен, немало говоря о личности хулителя и системе его жизненных приоритетов. Слова вроде русские, но звучат как-то не так. Ударения другие, паузы не к месту, некоторые слоги проглатываются или вовсе выпадают, но это не мешает понимать смысл. Хотя, если уж совсем откровенно, иногда его приходится угадывать.
Решив, что если пленник ругается столь бойко, то и общаться сможет, Влад решил с его помощью выведать обстановку:
— Эй! Ты на кого там орешь?!
— На вас! — осторожно ответили после паузы.
— И за что нам такая честь?!
— Так ведь, наверное, именно вы мимо проплыли, не выручив единоверца из плена страшного. Других здесь не видал и не слыхал.
— Стоило из-за такой мелочи шум поднимать.
— Конечно, стоило! Меня запы к столбу привязали, и уже собирались брюхо вспарывать, но зачем-то все убежали.
— Сколько осталось?
— Да нисколько. Один я. Совсем один.
— А наблюдатель на вышке?
— Какой такой наблюдатель и что за вышка?
— Настил, что на дереве. Там есть кто?
— Был зап с луком, но со всеми подался. А чего это ты так чудно говоришь?
— Приезжий я. Издалека. У нас там все так говорят.
— Эй. Единоверцы. Вы это… Может, развяжете. А то эти отродья Техно ремней не пожалели, да еще и мокрых. Да будет их ад холоднее самой лютой северной зимы!
Влад, не теряя бдительности, предупредил:
— Давид, подходим, я высаживаюсь, а ты сиди с пистолетом наготове. Сверху по всему обрыву изгородь идет, даже в широкую щель стрелять под таким углом из лука по тебе будет сложно. Я поднимусь, гляну, что там и как.
— А если в тебя прилетит? Вдруг там засада?
— Картечью угощу, и назад, а ты прикроешь, пока буду спускаться. Калитка узкая, только по одному смогут высовываться.
— Только не рискуй.
— Ты же знаешь — не рискую. Я в таких делах никогда не спешу.
— Может, дальше отплыть и берегом двинуться, как в прошлый раз?
— Нет. Если кто есть, все поймет и подстережет в кустах. Там заросли такие, что в трех шагах не заметишь, а вот поселки на полянах. Наверное, специально подступы расчищают, чтобы незаметно никто не подкрался.
Причал заскрипел и зашатался под весом Влада. Ну что поделаешь — не пушинка он. Лестница тоже бесшумностью не отличалась. Если кто наверху караулит, то все прекрасно слышит.
Пленник, если это действительно пленник, а не приманка, тоже услышал:
— Эй! Это вы?! Давайте быстрее, уже все затекло!
— А я вот никуда не тороплюсь, — буркнул Влад и, добравшись до верха, заглянул во двор.
Все, как в предыдущие разы. Такое же расположение построек, тополь примерно посредине, рядом с ним столб отполированный, на нем огненно-рыжий крикун лет двадцати пяти с хитрой физиономией отпетого пройдохи, а рядом, на земле, выпотрошенное тело предыдущей жертвы. Настил с этой точки просматривался плохо, но как Влад ни вглядывался, засечь наблюдателя не смог.
Дальше осторожничать смысла не было — если и есть засада, прятаться они могут только в избах, а оттуда толпой резко не вывалиться. Не опуская дробовик, шагнул во двор, быстро пересек, заглянул в первый дом. Пусто, если не считать лежанок, мешков и корзин. Во втором все оказалось аналогично.
— Обнаружена радиочастотная метка, — неожиданно раздалось в голове. — Производится идентификация. Идентифицирован малый копир гражданского назначения. Принадлежность: Восточная Ось. Предположительный статус: работоспособен.
Голос был какой-то странный. Сексуальная хрипотца из него ушла, и походил он теперь на говор видавшей виды базарной бабы. В чем причина «сбоя звуковых настроек», Влад не знал, он вообще мало что понимал в процессах, протекавших в его голове после посещения красной комнаты. И предпочитал об этом лишний раз не задумываться во избежание вывиха мозга в отчаянном усилии узнать все по результатам анализа пары крох информации. Вот и сейчас отмахнулся, обрадовавшись новости. Похоже, в этом клоповнике имеется второй копир. Если он в рабочем состоянии, обязательно надо прихватить. Влад уже знал, что заряжаются батареи медленно, поэтому, имея пару устройств, по сути, ускоряешь процесс в два раза.
А если в каждом таком поселке есть подобное оборудование, это вообще золотая жила.
— Ты чего там встал? — не унимался пленник. — Говорил же — нет здесь никого. Но если так и будешь столбом стоять, то дождешься, что придут.
— Кто? — машинально спросил Влад, думая о своем.
— Экий ты упок. Да запы, кто же еще. Ну, так развяжешь единоверца? А?
— И с чего ты взял, что я тебе единоверец?
