При первых признаках приближения рассвета резко повернули к правому берегу, прошли вдоль него пару километров, пока не обнаружили приличный залив, заросший тростником — такие здесь нередко встречаются. Заплыли туда, потом возникла новая проблема — не могли подобраться к берегу из-за растительности, а затем оказалось, что он заболочен.
В общем, уже по свету наконец сумели высадить Диадоха и Болтуна без приключений.
Передавая им наконечники, Влад закреплял в их головах инструкции:
— Никому не трепитесь, что вы не одни здесь, и вообще о себе поменьше рассказывайте. Лучше отшивайте любопытных с ходу. По три часа не торгуйтесь, но и сразу не продавайте и не покупайте — подозрительно выглядеть такое будет. Не забудьте взять одежды простой, крестьянской, чтобы на всех хватило, с запасом. Еду и емкости для воды тоже загрузите — нам желательно идти без остановок и не светиться по деревням в поисках пропитания. Пустых мешков наберите и овса для лошадей не забудьте. А еще — брезент или холст надежный, накрывать повозку от дождей…
— Да помним мы все! — отмахнулся Диадох.
— Хорошо. Но не дай бог что-нибудь забудешь! В проволоку заверну и свинцом залью, причем лить буду по капельке!
Потянулись часы ожидания, которые Влад потратил с толком — завалился спать. В заболоченном заливе даже днем хватало комаров, но они его почему-то не кусали, отчего Давид сильно завидовал — его ведь жрали с превеликой охотой. Лена тоже спала — ей полезно, Лиля, глядя в воду, будто в зеркало, с помощью самого острого ножа пыталась сделать короткую, но симпатичную прическу. Небось втихомолку слезами обливалась, лишаясь своих лохм, но Влад был категоричен — дальше она поедет, маскируясь под парня. Луддиты будут искать троих мужчин и двух женщин, так что хотя бы в этом надо запутать следы.
Диадох с Болтуном вернулись за полдень.
— Все взяли, только припасов маловато. Уж прости, но за наконечники тут такую цену давали, впору заплакать. Деваться некуда, пришлось отдавать.
— Ладно, я чего-то подобного и ожидал, — не расстроился Влад. — Слушайте все. С этой минуты мы переселенцы из Приуралья. Так называется край, где эпидемия была в прошлом году? — уточнил он у Диадоха.
— Да. Много там народа померло, я же рассказывал.
— Вот и хорошо. Спасаясь от болезни, покинули свои дома и идем в поисках лучшей доли. Мы простые крестьяне, вольные, а не какие-нибудь беглые. По дороге ничего подозрительного не видели и ничего не воровали — свои припасы имеются. Это на случай расспросов. Бедный селянский люд здесь одевается скромно, вот и мы все сейчас переоденемся. Ты, Лиля, свои обрезки спрячь под шляпой. Если придется, допустим, зайти в церковь, где головные уборы снимают, лицо опускай, потому как за мужика иначе сойти будет непросто. Я и Лиля поедем в повозке. Нас надо будет со всех сторон обложить мешками и накрыть рогожей. Искать будут в том числе больную девушку и мужчину огромного роста. Так что ни ее, ни меня никто не должен видеть.
— Мешков мало, — предостерег Диадох.
— Пустые взял?
— Да — как ты говорил.
— Набьем их травой, листьями, ветками. Много весить не будут, и если не осматривать, со стороны покажется, что добром заполнены.
— Хорошо придумано, а то подозрительно, что почти пустые идем. Какие переселенцы без кучи добра?
— Никаких постоялых дворов и ночевок в деревнях — только на природе.
— В темноте гопы могут озоровать, — предостерег Диадох.
— Их мы как-нибудь переживем, а вот погоню луддитов вряд ли. Я так понимаю, они могут много народа поднять?
Диадох почесал затылок и обратился к Давиду:
— Ты им рассказал, что из древних будешь?
— Нет, они сами мне это заявили, осмотрев одежду и разные вещицы. Мне кажется, что с мобильниками церковники знакомы. Или видели что-то, на них похожее.
— Плохо… — нахмурился Диадох. — Из-за древних они весь край поднимут.
— Но в горах у них власти нет? — уточнил Влад.
— В горах ее ни у кого нет, да и страшно им туда соваться. Не любит тамошний люд братьев. Без армии туда идти нельзя, а ее собрать — дело небыстрое, да и вряд ли до такого дойдет. Смысл? Незаметно она не подберется, движется медленно, так что можно легко уйти.
— Значит, план тот же — идем к горам. Крестьяне, кстати, туда ездят? Переселенцы? Вроде тех, под которых мы маскируемся?
— Туда всякие ездят, но в основном беглые.
— По пути ловят таких?
— Бывает и ловят, но не думаю, что часто. Некому этим заниматься, потому как нехорошая работа и неблагодарная — вряд ли денег дадут, зато легко можно вилы в брюхо схлопотать. Шерифы следят за порядком в городках и селах, и если жителей что-то не касается и не мешают чужие ничем, то глаза на такое обычно закрывают. Луддиты почти все на севере, сюда редко наведываются, и только в спокойные места, вроде Новограда. Хотя не знаю, что сейчас начнется. На моей памяти древних ни разу не ловили.
— Посмотрим, — подвел черту Влад. — Ну давай, показывай наш новый тарантас.
— Вот мне интересно: этот хребет возник в один день и все, кто там жил, исчезли бесследно? — продолжил нескончаемый допрос Давид.
