Исчезающая в бездне полностью

Элизия опустила плечи, готовая принять любой поворот судьбы. И тут мой взгляд упал на ее футболку, на которой было название «Палиндромена». В ней она выглядела не как пациент, а скорее была похожа на…

– Это мой смотритель. – сказала я, кивнув на Элизию.

Охранник пожал плечами, будто ему все равно, но все же решил проверить.

– Здесь написано, что смотритель Темпесты Рэйлан Бассан, – сказал он, делая акцент на том, что это мужское имя. – Да, это очень странно! – Услышав его восклицание, охранники у двери уставились на нас.

Все, нам конец. Сейчас он посмотрит на фото Рэйлана и поймет, что Элизия не юноша с волосами песочного цвета и небесно-голубыми глазами.

Я замерла, ожидая, что сейчас последуют обличающие слова. Он постучал пальцем по экрану.

– К анкете на это оживление не прикреплено никакого фото.

Я посмотрела на сестру. Неужели Подземные боги смилостивились над нами?

– На самом деле я Райла. – Она раздраженно вздохнула. – Меня неверно записали, когда я только пришла сюда работать.

– Да уж, обидно, – сказала я и залилась беззаботным смехом.

Элизия улыбнулась мне в ответ. Она была куда лучшей актрисой, чем я. Все ее прежние выступления были подготовкой к этому моменту.

– Не то слово. Я же делала фото. Ох уж эти новые технологии, – сказала она, всплеснув руками, – что с ними поделаешь?

– Можете позвонить директору, – предложила я, надеясь, что он не решится на это пойти. Если мой расчет оказался верен, такие люди, как Нессандра, не любят, когда их беспокоят по мелочам, связанным с персоналом. Я изо всех сил старалась не смотреть на сестру, делая вид, что она всего лишь смотритель, только и всего.

Мужчина погладил бороду и поморщился.

– Не хочу поднимать шум. – Я сделала резкий вдох и боялась выдохнуть, чтобы не выдать свое облегчение.

– Куда направляетесь? – спросил он у меня. – Здесь сказано, что вы будете у нас до полудня завтрашнего дня.

– Это еще одна ошибка, – ответила я. – Я передумала насчет оживления и собираюсь вернуться домой.

– Правда? – Он посмотрел на меня так, будто я перебрала с рагаром.

– Да. Я не готова попрощаться со своей сестрой, еще не время, – сказала я тоном, не вызывающим никаких сомнений. Никто не мог бы сказать, что я вру, ведь это была чистая правда. Мне была нужна моя сестра.

– Понимаю вас! – сказал он. – Что ж, если передумаете, мы всегда вас ждем. – Он что-то нажал на планшете, и входные двери распахнулись. Стоявшие перед ними охранники расступились, чтобы дать нам пройти.

Осталось совсем чуть-чуть.

– Стойте, – сказал он, когда мы повернулись, чтобы идти. – А где ваши туфли?

Элизия рассмеялась своим звонким, как колокольчик, смехом. И я сразу вспомнила, как мы с ней сотни раз играли рядом с океаном или плескались в воде.

– Я же с Эквинокса, – сказала она. – Босиком у нас лучше получается держать равновесие на волнах.

Он минуту смотрел на нее, а затем улыбнулся.

– Понимаю, я недавно здесь работаю и еще не привык к тому, что на земле нет качки.

Я улыбнулась и помахала ему.

– Спасибо!

– Я скоро вернусь! – бросила ему через плечо Элизия.

Нам повезло. Даже не верится. Я не стала задумываться, почему Подземные боги распорядились так, что сегодня удача была на моей стороне. Но я непременно использую данный мне шанс.

Мы были уже на полпути к гавани, когда за спиной раздался сигнал тревоги. Видимо, Рэйлан смог выбраться и оповестить сотрудников.

– Бегите, бегите, бегите! – выла сирена. И мы с Элизией не стали с ней спорить.

Я не справился и подвел Темпесту, не говоря уже о Рэйлане. Он доверился мне, а я все испортил.

Как бы я хотел сорвать с руки эхопорт, но это уже ничего не изменит. Стоило мне его подключить, и моя судьба была решена.

Стала бы Темпеста освобождать сестру, если бы знала правду о процессе оживления? Ведь была еще одна причина, по которой мы держали пациентов на станции, никуда не выпуская и не говоря им о том, что они мертвы. Все сказки Нессандры о том, что так лучше для пациента и заказчика, нацелены только на то, чтобы скрыть правду.

Смотритель был соединен с пациентом.

Что бы ни произошло с Элизией в течение двадцати четырех часов, это обязательно произойдет со мной. Наши жизни неразрывно связаны друг с другом через эхопорт и напрямую зависят от моего сердцебиения.

Если она умрет, я тоже умру.

Но меня больше волновало не это, а что будет с Рэем. Я поставил на карту его будущее. Притом что мое будущее закончилось в тот день, когда Кален издал свой последний вздох.